Деяния Диониса - Песнь XVI

Гомер Илиада Песнь пятнадцатая. Оттеснение от кораблей

Гомер


В бегстве, когда частокол и глубокий окоп миновали
И лишилися многих, руками данаев попранных,
Там, у своих колесниц удержалися, стали трояне,
Бледны от страха и трепетны. В оное время воспрянул

5 Зевс на Иде горе из объятий владычицы Геры.
Быстро воздвигшись, он стал и увидел троян и данаев,
Первых в расстройстве бегущих, а с тыла жестоко гонящих
Бодрых данаев, и между их воинств царя Посейдона;
Гектора ж в поле увидел простертого; окрест героя

10 Други сидели; тягостно дышащий, чувства лишенный,
Кровь извергал он: его поразил не бессильный данаец.
Видя его, милосердовал царь и бессмертных и смертных;
Быстро и грозно на Геру смотря, провещал громодержец:
"Козни твои, о злотворная, вечно коварная Гера,

15 Гектора мощного с боя свели и троян устрашили!
Но еще я не знаю, не первая ль козней преступных
Вкусишь ты плод, как ударами молний тебя избичую!
Или забыла, как с неба висела? как две навязал я[1]
На ноги наковальни, а на руки набросил златую[2]

20 Вервь неразрывную? Ты средь эфира и облаков черных
С неба висела; скорбели бессмертные все на Олимпе;
Но свободить не могли, приступая: кого ни постиг я,
С прага небесного махом свергал, и слетал он на землю,
Только что дышащий; сим не смягчился б[3] мой гнев непреклонный,

25 Гнев за страдания богоподобного сына Геракла,
Коего ты, возбудив на него и Борея и бури,
Злобно гнала по пустынному понту, беды устрояя;
К краю чужому его, к многолюдному бросила Косу.[4]
Я и оттоле избавил его и в отечество паки,

30 В Аргос цветущий привел, совершителя подвигов многих.[5]
То вспоминаю, тебе, да оставишь ты козни и видишь,
В помощь ли злобе твоей и любовь и объятия были,
Коими ты, от богов удаляся, меня обольстила!"
Он произнес; ужаснулась великая Гера богиня

35 И воскликнула так, устремляя крылатые речи:
"Будьте свидетели мне, о земля, беспредельное небо,[6]
Стикса подземные воды, о вы, величайшая клятва,
Клятва ужасная даже[7] бессмертным, я вами клянуся,
Самой твоею священной главою и собственным нашим

40 Ложем брачным, которым вовек не клянуся я всуе!
Нет, не с советов моих Посейдаон, земли колебатель,[8]
Трои сынам и вождю их вредит, а других защищает.
Верно, к тому преклонен и подвигнут он собственным сердцем;
Верно, ахеян узрев, милосердовал он о стесненных.

45 Я ж и ему бы скорее совет подала, да всегда он
Ходит путем, но которому ты повелишь, громовержец!"
Так говорила; осклабился царь и бессмертных и смертных
И ответствовал ей, устремляя крылатые речи:
"Если вперед, о супруга, лилейнораменная Гера,

50 Будешь на сонме божественном мыслить согласно со мною,
Сам Посейдаон, хотя бы желал совершенно иного,
Мысль переменит, согласно с твоей и моею душою.
Ныне ж, когда непритворно и истину ты говорила,
Шествуй немедля к семейству богов, повели, да на Иду

55 Вестница неба Ирида и Феб сребролукий предстанут.
Вестница быстрая к воинству меднодоспешных данаев
Снидет и скажет мое повеленье царю Посейдону,
Да оставит он брань и в обитель свою возвратится.
Феб же великого Гектора снова ко брани воздвигнет,

60 Новую бодрость вдохнет и его исцелит от страданий,
Ныне терзающих душу героя, а рати ахеян
Вновь к кораблям отразит, малодушное бегство пославши.
В бегстве они упадут на суда Ахиллеса Пелида.[9]
Царь Ахиллес ополчит на сражение друга Патрокла,

65 Коего в битве копьем поразит бронеблещущий Гектор
Пред Илионом, как тот уже многих юношей храбрых
Свергнет, и с ними мою драгоценную ветвь, Сарпедона.
Гектора, мстящий за друга, сразит Ахиллес знаменитый.
С оного времени паки побег от судов и погоню

70 Я сотворю и уже невозвратно, доколе ахейцы
Трои святой не возьмут, по советам премудрой Афины.
Так не свершившемусь,[10] гнева ни сам не смягчу, ни другому
Богу бессмертному я аргивян защищать не позволю
Прежде, пока не исполнится все упованье Пелида:

75 Так обещал я и так утвердил я моею главою[11]
В день, как Фетида, объемля колена, меня умоляла
Сына прославить ее, Ахиллеса, рушителя твердей".
Рек; и ему покорилась лилейнораменная Гера;
Бросилась с Иды горы, устремляяся быстро к Олимпу.

80 Так устремляется мысль человека, который, прошедши
Многие земли, про них размышляет умом просвещенным:[12]
"Там проходил я, и там", и про многое вдруг вспоминает,[13] -
С равной стремясь быстротой, пролетела по воздуху Гера;
Высей Олимпа достигнув, она обрела совокупных

85 Всех небожителей в доме Кронида. Богиню увидев,
Все поднялися, и каждый своею чествовал чашей.
Гера, всех обошед, у Фемиды[14] румяноланитой
Приняла чашу; Фемида бо первая Гере входящей
Бросилась в встречу и речи крылатые к ней устремила:

90 "Что ты, о Гера, приходишь, таким пораженная страхом?
Верно, тебя устрашил громоносный супруг твой Кронион?"
Ей отвечала богиня, лилейнораменная Гера:
"Что вопрошаешь, Фемида бессмертная; или не знаешь,
Сколько метателя молний душа и горда и сурова.

95 Но воссядь и начни ты пир с бессмертными общий;
Вместе со всеми богами услышишь, Фемида, какие
Ужасы нам возвещает Кронион. Никто, уповаю,
Радостен сердцем не будет, ни смертный, ни даже бессмертный,
Как бы он ни был доныне средь пиршества мирного весел".

100 Так изрекла, и воссела владычица Гера; смутились
Боги в Зевсовом доме; она ж улыбалась устами,
Но чело у нее между черных бровей не светлело,
Вдруг, ко всем обращаясь, воскликнула гневная Гера:
"Боги безумные, мы безрассудно враждуем на Зевса!

105 Мы бесполезно пылаем его укротить, нападая
Словом иль силою! Он, удаляся, об нас и не мыслит,
Нас презирает, считает, что он меж богов вековечных
Властью и силой своей превосходнее всех несравненно.
Должно терпеть вам, какое бы зло и кому б ни послал он;

110 Им, как я мыслю, сегодня удар нанесен и Арею:
Пал на бою Аскалаф, браноносец, любезнейший богу,[15]
Смертный, которого сыном могучий Арей называет".
Так изрекла; и ударил Арей по крутым себя бедрам[16]
Дланями жилистых рук и рыдающий громко воскликнул:

115 "О, не вините меня, на Олимпе живущие боги,
Если за сына я мстить иду к ополченьям ахейским,
Мстить, хоть[17] и сужено мне, пораженному Зевса перуном,
С трупами вместе лежать, в потоках кровавых и прахе!"
Рек, и тогда ж повелел он и Страху и Ужасу[18] коней

120 Впрячь, а сам покрывался оружием[19] пламеннозарным.
Верно б, сильнейший, стократно ужаснейший, нежели прежний,
Гнев громодержца и мщенье противу богов воспылали;
Но Афина богиня, за всех устрашася бессмертных,
Бросилась к двери,[20] оставивши трон на котором сидела;

125 Щит от рамен и шелом от главы у Арея сорвала,
Пику поставила в сторону, вырвав из длани дебелой,
И загремела, словами напав на сурового бога:
"Буйный, безумный, ты потерялся! Напрасно ль имеешь
Уши; чтоб слышать? Иль стыд у тебя и рассудок погибли?

130 Или не слышишь ты, что говорит владычица Гера,
Гера, теперь возвратившаясь к нам от владыки Зевеса?
Или ты хочешь, как сам, претерпев неисчетные бедства,
С горьким стыдом поневоле, на светлый Олимп возвратиться
Так и на всех нас, бессмертных, навлечь неизбежное бедство?

135 Скоро, сомнения нет, племена и троян и данаев
Бросил бы Зевс и пришел бы он нас ужаснуть на Олимпе;
И постиг бы,[21] карающий, всех - и виновных и правых!
Будь мне послушен и месть отложи[22] за убитого сына.
Воин в бою не один, и храбрейший его и сильнейший,[23]

140 Пал и еще ниспадет, пораженный другим; невозможно
Весь человеческий род неисчетный от смерти избавить".
Так говоря, посадила на трон исступленного бога.
Гера ж царя Аполлона из Зевсова вызвала дому
Вместе с Иридою, вестницей быстрой богов олимпийских.

145 К ним возгласивши, она провещала крылатые речи:
"Зевс повелел, да на Иду немедля предстанете оба;
Но лишь предстанете вы и лицо увидите бога,
Делайте, что повелит и чего Эгиох ни восхощет".[24]
Так изрекла и, в чертог возвратяся, владычица Гера

150 Села на трон, а Ирида и Феб, устремясь, полетели;
Быстро спустились на Иду, зверей многоводную матерь;
Там, на возвышенном Гаргаре Зевса нашли громодержца;
Он восседал, и его благовонный увенчивал облак.
Боги, представ пред лицо воздымателя облаков Зевса,

155 Стали, - и к ним устремил Олимпиец негневные очи:
Скоро они покорились супруги его повеленьям.
К первой Ириде он рек, устремляя крылатые речи:
"Шествуй, Ирида быстрая, к богу морей Посейдону,
Всё, что реку, возвести и неложною вестницей будь мне.

160 Пусть он брань оставит немедленно, пусть возвратится
Или в собор небожителей, или в священное море.
Если ж глаголы мои не восхощет исполнить, но презрит, -
Пусть он помыслит, и с сердцем своим и с умом совещаясь,
Может ли, как ни могущ он, меня в нападении[25] встретить?

165 Думаю, что Посейдаона я и могуществом высший,
Я и рожденьем старейший, а он не страшится единый
Равным считаться со мной, пред которым все боги трепещут".
Рек; покорилась ему ветроногая вестница деба;
Быстро от Иды горы понеслась к Илиону святому.

170 Словно как снег из тучи иль град холодный, обрушась,
Быстро летит, уносясь проясняющим воздух Бореем,[26] -
Так устремляяся, быстрая путь пролетела Ирида;
Стала и так провещала могущему Энносигею:
"С вестью тебе, Посейдон, колебатель, земли черновласый,

175 Я нисхожу от эгида носителя Зевса Кронида.
Брань ты оставь немедленно, так он велит; возвратися
Или в собор небожителей, или в священное море.
Если ж глаголы его не восхощешь исполнить и презришь,
Он угрожает, что сам, и немедля, с тобою сразиться

180 Придет сюда; и советует он, чтобы ты уклонялся
Рук громовержущих: ведаешь, он и могуществом высший,
Он и рожденьем старейший; а ты, Посейдон, не страшишься
Спорить о равенстве с тем, пред которым все боги трепещут".
Ей, негодующий сердцем, ответствовал царь Посейдаон:

185 "Так, могуществен он; но слишком надменно вещает,
Ежели равного честью, меня, укротить он грозится!
Три нас родилося брата от древнего Крона и Реи:[27]
Он - громодержец, и я, и Аид, преисподних владыка;
Натрое всё делено, и досталося каждому царство:

190 Жребий бросившим нам,[28] в обладание вечное пало[29]
Мне волношумное море, Аиду подземные мраки,
Зевсу досталось меж туч и эфира пространное небо;
Общею всем остается земля и Олимп многохолмный.
Нет, не хожу[30] по уставам я Зевсовым; как он ни мощен,

195 С миром пусть остается на собственном третьем уделе;
Силою рук он меня, как ничтожного, пусть не стращает!
Дщерей своих и сынов для Зевса приличнее будет[31]
Грозным глаголом обуздывать, коих на свет произвел он,
Кои уставам его покоряться должны поневоле!"

200 Вновь провещала ему ветроногая вестница Зевса:
"Сей ли ответ от тебя, колебатель земли черновласый,
Зевсу должна я поведать, ответ и суровый и страшный?
Или, быть может, смягчишь ты? Смягчимы сердца благородных.
Знаешь и то, что старейшим всегда и Эриннии[32] служат".

205 Ей ответствовал вновь колебатель земли Посейдаон:
"Слово твое справедливо и мудро, Ирида богиня!
Благо, когда возвеститель исполнен советов разумных.[33]
Но, признаюсь, огорчение сильное душу объемлет,
Если угрозами гордыми он оскорблять начинает

210 Равного с ним и в правах, и судьбой одаренного равной.
Ныне, хотя негодующий, воле его уступаю;
Но объявляю, и в сердце моем сохраню я угрозу:
Если Кронион, мне вопреки и победной Афине,
Гермесу богу, Гефесту царю и владычице Гере,[34]

215 Будет щадить Илион крепкостенный, когда не захочет[35]
Града разрушить и дать знаменитой победы ахейцам, -
Пусть он знает, меж нами вражда бесконечная будет!"
Так произнес, и ахейскую рать Посейдаон оставил,
В понт погрузился; о нем воздыхали ахейцы герои.

220 И тогда к Аполлону воззвал громовержец Кронион:
"Ныне, возлюбленный Феб, к меднобронному Гектору шествуй,
Се, обымающий землю, земли колебатель могучий
В море отходит священное: грозного нашего гнева
Он избегает; услышали б грозную брань и другие,[36]

225 Самые боги подземные, сущие около Крона!
Благо и мне и ему, что, и гневаясь, он уступает[37]
Силам моим: не без пота б жестокого дело свершилось!
Но прими, Аполлон, бахромистый эгид мой в десницу
И, потрясающий им, устраши ты героев ахейских.

230 Сам между тем попекись, дальновержец, об Гекторе славном;
Храбрость его возвышай непрестанно, доколе данаи,
В бегстве пред ним, не придут к кораблям и зыбям Геллеспонта.
С оного времени сам я устрою и дело и слово,[38]
Да немедля почиют от бранных трудов и данаи".

235 Так произнес он, и не был отцу Аполлон непокорен!
С Иды, шумной потоками, он устремился, как ястреб,
Быстрый ловец голубей, между хищных[39] пернатых быстрейший.
В поле нашел стреловержец Приамова храброго сына;
Гектор сидел, не лежал, и уже, обновившийся в силах,

240 Окрест стоящих друзей узнавал; прекратилась одышка,
Пот перестал: восстанавливал Гектора промысл Кронида;[40]
Близко представши, к нему провещал Аполлон дальновержец:
"Гектор, Приамова отрасль! почто, от дружин удаленный,
Духом унылый сидишь? Или горесть тебя удручила?"

245 Дышащий томно, ему говорил шлемоблещущий Гектор!
"Кто ты, благий небожитель, ко мне обращающий слово?
Или еще не слыхал, что меня пред судами ахеян,
Их истреблявшего рать, поразил Теламонид могучий
Камнем в грудь и мою укротил кипящую храбрость?

250 Я уже думал, что мертвых и мрачное царство Аида
Ныне увижу; уже испускал я дыхание жизни".
Сыну Приамову паки вещал Аполлон дальновержец:
"Гектор, дерзай! поборник могучий Зевсом Кронидом
С Иды высокой тебе на покров и защиту ниспослан,

255 Я, Аполлон златомечный, бессмертный, который и прежде
Сильной рукой защищал и тебя, и высокую Трою.
Шествуй к полкам,[41] - и своим многочисленным конникам храбрым
Всем повели к кораблям устремить их коней быстроногих.
Я перед ними пойду, и сам для коней илионских

260 Путь уравняю, и в бег обращу героев ахейских".
Рек, и ужасную силу вдохнул предводителю воинств;
Словно конь застоялый, ячменем раскормленный в яслях,[42]
Привязь расторгнув, летит и копытами поле копает;
Пламенный, плавать обыклый в реке быстрольющейся, пышет,

265 Голову, гордый, высоко несет; вкруг рамен его мощных
Грива играет: гордится он сам красотой благородной;
Быстро стопы его мчат к кобылицам и паствам знакомым,
Гектор таков, с быстротою такой оборачивал ноги,
Бога услышавши глас; возбуждал он на бой конеборцев.

270 Словно рогатую лань или дикую козу поднявши,
Гонят упорно горячие псы и ловцы поселяне;
Но высокий утес и густая тенистая роща
Зверя спасают: его изловить им не сужено роком;
Криком меж тем пробужденный, является лев густобрадый

275 Им на пути и толпу, распыхавшуюсь, в бег обращает, -
Так аргивяне дотоле толпой неотступные гнали
Трои сынов, и мечами и копьями в тыл поражая;
Но лишь увидели Гектора, быстро идущего[43] к рати,
Дрогнули все, и у каждого в ноги отважность упала.

280 Их Фоас ободрял, благородный сын Андремонов,[44]
Муж этолийский знатнейший, искусный в бою стрелобойном,
Храбрый и в стойком;[45] его и в собраньях мужей побеждали
Редкие, если при нем в красноречии спорила юность.[46]

285 Он, распаляемый ревностью, так говорил меж ахеян:
"Боги! ужасное чудо моим представляется взорам!
Гектор воскрес! от ужасной смерти избегнувши, паки
Гектор пред нами! А мы уповали, что гордый троянец
Душу предаст под рукой Теламонова сына Аякса.

290 Верно, могущий бессмертный опять сохранил и восставил
Мужа, который уж многим колена сломил[47] аргивянам,
Что и еще совершит, как предвижу я! Он не без воли
Зевса гремящего стал перед воинством, пышущий боем.
Други, совет предложу я, и все мы ему покоримся.

295 Ратной народной толпе повелим к кораблям удалиться;
Мы же, сколько ни есть нас, храбрейшими в рати слывущих,
Противостанем: быть может, его остановим мы, в встречу
Копья уставивши; он, я надеюся, как ни неистов,
Сердцем своим содрогнется ворваться в дружину героев".

300 Так говорил; и, внимательно слушая, все покорились.
Быстро Аяксы[48] могучие, царь Девкалид копьеносец,
Тевкр, Мерион нестрашимый и Мегес,[49] Арею подобный,
Строили битву, созвав благородных героев ахейских
Против троян и великого Гектора; тою порою

305 Сзади народа толпа к кораблям отступала. - Трояне
Прежде напали толпой; предводил, широко выступая,[50]
Гектор герой; а пред Гектором шествовал Феб небожитель,[51]
Перси одеявший тучей,[52] несущий эгид велелепный,
Бурный, косматый, ужасный, который художник[53] бессмертный

310 Зевсу Крониду Гефест даровал, человекам на ужас.
С сим он эгидом в деснице предшествовал ратям троянским.
Их нажидали ахейцы, сомкнувшися; разом раздался
Яростный крик от обеих ратей; с тетив заскакали
Быстрые стрелы; и копья, из дерзостных рук полетевши,

315 Многие в тело вонзились воинственных юношей красных,
Многие, среди пути, не отведав цветущего тела,
В землю вонзяся, дрожали, алкая насытиться телом.
Долго, доколе эгид Аполлон держал неподвижно,
Стрелы равно между воинств летали, и падали вои;

320 Но едва аргивянам в лицо он воззревши, эгидом
Бурным потряс и воскликнул и звучно и грозно, - смутились
Души в их персях, забыли аргивцы кипящую храбрость.
Словно как стадо волов иль овец великую кучу
Хищные звери в глубокую мрачную ночь рассыпают,

325 Если находят незапные, в час, как отсутствует пастырь, -
Так аргивяне рассыпались, слабые; Феб на сердца их
Ужас навел, посылая троянам и Гектару славу.
Тут ратоборец сражал ратоборца в рассеянной битве.[54]
Гектор могучий и Стихия свергнул и Аркесилая,

330 Стихия, войск предводителя меднодоспешных беотян,[55]
Аркесилая, верного друга вождя Менесфея.
Но Энея оружием Ияс повержен и Медон:
Медон, сын незаконный владыки мужей Оилея,[56]
Был Оилида Аякса младший брат; но в Филаке

335 Он обитал, удалясь от отчизны, как мужа убийца,
Мачехи брата убив, Эриопы, жены Оилея;
Ияс же был предводитель[57] воинственных духом афинян,
Сыном Сфела от всех называвшийся, Буколиона.[58]
Полидамас поразил Мекистея, Полит же Эхия

340 В первом ряду, а Клония[59] сразил благородный Агенор;
Дейоха тут же Парис, убегавшего между передних,
С тыла в плечо поразил и насквозь оружие выгнал.
Тою порой, как они обнажали убитых, данаи,
В ров и на колья его опрокинувшись, в страшном расстройстве

345 Полем бежали везде и за вал укрывались неволей.
Гектор же голосом звучным приказывал ратям троянским,
Прямо напасть на суда, а корысти кровавые бросить:[60]
"Если ж кого-либо я от судов удаленным замечу,
Там же ему уготовлю и смерть! и несчастного, верно,

350 Мертвое тело ни братья, ни сестры огня не сподобят;[61]
Но троянские псы растерзают его перед градом!"
Рек, - и, бичом по хребтам поражая коней, полетел он,
Звучно к троянам крича по рядам; и они, испуская
Страшные вопли, за ним устремили коней колесничных

355 С громом ужасным; и Феб Аполлон впереди перед ними,
Быстро окопа глубокого берег[62] стопами рассыпав,
Весь в середину обрушил и путь умостил он троянам,
Длинный и столько широкий, как брошенный дрот пролетает,
Если могучесть свою человек испытующий бросит.

360 Там устремились пергамлян фаланги, и Феб перед ними,
Дивным эгидом сияя; рассыпал он стену данаев
Так же легко, как играющий отрок песок возле моря,
Если когда из песку он детскую сделав забаву,
Снова ее рукой и ногой рассыпает, резвяся:

365 Так, Аполлон дальномечущий, ты и великий и тяжкий
Труд рассыпал ахеян и предал их бледному бегству.
Возле судов наконец удержались они, собираясь.[63]
Там, ободряя друг друга и руки горе воздевая,
Каждый богов небожителей всех умолял громогласно.

370 Нестор же старец особенно, страж аргивян неусыпный,
Зевса молил, воздевающий длани ко звездному небу:[64]
"Если когда-либо кто средь цветущей Эллады, Кронион,[65]
Тучные бедра тебе от тельца иль овна возжигая,
В дом возвратиться молился и ты преклонился к моленью, -

375 Вспомни о том и погибели день отврати, Олимпиец!
Гордым троянам не дай совершенно осилить ахеян!"
Так он молился; и грянул с небес промыслитель Кронион,
Внявший молению Нестора, благочестивого старца.
Но трояне, в их пользу приявшие знаменье Зевса,

380 Жарче на рати ахейские бросились, жадные боя.
Словно как вал огромный широкоразливного моря
Выше боков корабля подымается, двинутый страшной
Силою бури, которая волны на волны вздымает, -
Так устремились трояне с неистовым воплем за стену;

385 Коней пригнали туда ж и у корм[66] в рукопашную битву
С копьями острыми стали; они с высоты колесниц их,
Те же с высоты кораблей своих черных, на оных держася,
Бились шестами огромными, кои в судах сохранялись
К бою морскому,[67] сплоченные, сверху набитые медью.

390 Храбрый Патрокл, доколе ахейцы с троянскою силой[68]
Бились еще пред стеною, вдали от судов мореходных,
В куще сидел у высокого духом вождя Эврипила,
Душу ему услаждал разговором и тяжкую рану
Вкруг осыпал врачевством, утоляющим черные боли.[69]

395 Но как скоро за стену[70] увидел стремящихся бурно
Гордых троян, а данаев услышал и крик и тревогу,
Громко воскликнул Патрокл и руками по бедрам могучим
С грусти ударил себя и, печальный, вещал Эврипилу:
"Нет, Эврипил, не могу я с тобою, хотя б и желал ты,

400 Долее здесь оставаться; ужасная битва восстала!
Пусть благородный сподвижник[71] тебя утешает; а сам я
К другу Пелиду спешу, да его преклоню ополчиться.
Может быть, как предузнать? - убедить Ахиллесово сердце[72]
Бог мне поможет; сильно[73] всегда убеждение друга".

405 Так говорящего,[74] ноги его уносили. -Ахейцы
Против троян нападающих крепко стояли, но тщетно
Их, и меньших числом,[75] отразить от судов напрягались.
Тщетно и Трои сыны напрягались, ахеян фаланги
Боем расторгнув, ворваться в ряды кораблей их и сеней.

410 Словно правильный снур[76] корабельное древо[77] ровняет
Зодчего[78] умного в длани, который художества мудрость[79]
Всю хорошо разумеет, воспитанник мудрой Афины,[80] -
Так между ними борьба и сражение ровные были.[81]
Те пред одними, а те пред другими судами сражались.

415 Гектор герой на Аякса, высокого славою, вышел.
Оба они за единый корабль подвизались, и тщетно
Сей защитителя сбить и корабль запалить домогался,
Тот отразить сопостата, которого демон приближил.
Тут Клитеида Калетора свергнул Аякс знаменитый,

420 Огнь на корабль заносящего, пикою в перси ударив;
С шумом он грянулся в прах, из руки его выпала светоч
Гектор, как скоро увидел родного ему Клитеида,[82]
Замертво павшего в прах перед черной кормой корабельной,
Звучно воскликнул, троян и ликиян на бой поощряя:

425 "Трои сыны, и ликийцы, и вы, рукоборцы дарданцы!
Стойте, страшитеся в сей тесноте отступать из сраженья;
Лучше отстойте вы Клития сына, да враг не похитит
Славных оружий с убитого в самом стану корабельном".
Так произнес, и в Аякса направил сияющий дротик,

430 Но попал не в него, а в клеврета его, Ликофрона,
Мастера ветвь, киферейца,[83] в Аяксовом жившего доме
С оной поры, как убийство свершил у киферян священных;[84]
Гектор его, близ Аякса стоящего, в череп над ухом
Дротом ударил убийственным; в прах он, с кормы корабельной

435 Рухнувшись, навзничь пал, и его сокрушилася крепость.
Храбрый Аякс ужаснулся и к брату младому воскликнул:
"Тевкр, потеряли мы, брат мой, нашего верного друга!
Пал Масторид, которого мы, из Киферы пришельца,
В нашем дому, как любезных родителей, все почитали.

440 Пал он от Гектора! Где же твои смертоносные стрелы?
Где твой лук сокрушительный, данный тебе Аполлоном?"[85]
Рек он, - и тот его понял и, прянувши, стал близ героя
С луком разрывчатым в верной руке и с колчаном на раме,
Полным пернатых; и, быстро он их на троян посылая,

445 Клита стрелой поразил, Пизенорову славную отрасль,
Друга Панфоева сына, почтенного Полидамаса.
Был он возница его, и тогда над конями трудился,
Правил туда, где в сражении гуще клубились фаланги;
Гектору тем и троянам желал угодить он, [86]но быстро


450 Гибель пришла, и никто из друзей от нее не избавил:
В выю возатаю с тыла стрела смертоносная пала;
На землю грянулся он, и обратно ударились кони,
Праздной гремя колесницею. Скоро то сведал владыка
Полидамас, и коням убегающим вышел навстречу.

455 Их Астиною слуге, Протаона сыну, вверяя,
Крепко наказывал близко держать, на виду[87] непрестанно;
Сам, устремившись обратно, с передними стал на сраженье.
Тевкр же другую стрелу против Гектора мужеубийцы
Вынул; и, верно, принудил бы бой перервать пред судами,

460 Верно, стрелой у героя победного душу исторг бы;
Но не укрылся от промысла Зевсова; Зевс Приамида
Сам охранял и у Тевкра пылавшего славу похитил:
Тевкр наляцал, как на луке его превосходном крутую
Бог сокрушил тетиву, и у Тевкра умчалася мимо

465 Тяжкая медью стрела, и лук из руки его выпад,
Тевкр ужаснулся и к брату Аяксу немедля воскликнул:
"Горе! какой-то демон ратные замыслы наши
Все разрушает; и лук у меня он исторгнул из длани,
И расторг тетиву мне, которую свежую ныне[88]

470 Я на лук навязал, чтобы вынесла частые[89] стрелы".
Тевкру ответствовал быстро Аякс Теламонид великий:[90]
"Друг, оставь ты в покое и лук, и крылатые стрелы,
Если их бог рассыпает,[91] ахеянам храбрым враждебный.
С пикой огромной в руке и с щитом на плече, Теламонид,

475 Ратуй троян и дружины свои возбуждай к ратоборству.
Пусть нелегко, в победой гордяся, возьмут сопостаты
Наши суда доброснастные; вспомним ахейскую храбрость!"
Так говорил он - и Тевкр под кущею лук свой оставил;
Щит на плечо многобляшистый, четыреслойный набросил,

480 Шлем на главу удалую красивый надел, осененный
Гривою конскою; гребень ужасный над ним развевался,
Взяв наконец копие, повершенное острою медью,
Вышел назад и, примчася стремительно, стал близ Аякса.
Гектор едва усмотрел сокрушенными Тевкровы стрелы,[92]

485 Звучно вскричал, и троян и ликиян еще возбуждая:
"Трои сыны, и ликийцы, и вы, рукоборцы дарданцы!
Будьте мужами, о други; воспомните рьяную храбрость
Здесь, пред судами ахеян! Своими очами я видел,
Славного воина стрелы и лук уничтожены богом!

490 Видимо ясно сынам человеков могущество бога,[93]
Если кого Олимпиец высокою славой возносит
Или кого унижает, защиты своей не сподобив:
Так как теперь унижает ахеян, а вас возвышает.
В бой на суда! наступите всем воинством! Кто между вами,[94]

495 Ранен мечом иль стрелой, роковою постигается смертью,
Тот умирай! Не бесславно ему, защищая отчизну,
Здесь умереть; но останутся живы супруга и дети,
Дом и наследие[95] целы останутся, если ахейцы
В черных судах унесутся к любезным отечества землям".

500 Так говоря, возбудил он и силу и мужество в каждом.
Сын Теламонов с другой стороны восклицал пред дружиной:
"Стыд вам, ахеяие! Лучше решитеся или погибнуть,
Или спастись, но беду отразить от судов мореходных!
Чаете ль вы, как возьмет корабли шлемоблещущий Гектор,

505 Каждый на землю родную пешком возвратится из Трои?
Слышите, с криком каким ополчения все возбуждает
Гектор, который сожечь корабли, разъяренный, стремится?
Верно, сии он толпы не на пляску зовет, а на битву!
Нам не осталось ни думы другой, ни решимости лучшей,

510 Как смесить с сопостатами руки и мужество[96] наше!
Лучше мгновенной решимостью выкупить жизнь иль погибнуть,
Нежели долгие дни изнуряться жестокою бранью,
Так бесполезно средь стана, стесняясь народом слабейшим!"
Так говоря, возбудил он и силу и мужество ратных.

515 Гектор же мощный Схедия сразил, Перимедова сына,[97]
Воинств фокейских вождя, но Аякс Лаодамаса свергнул,
Пеших бойцов предводителя, славную ветвь Антенора;
Полидамас[98] же корысти добыл с килленейского[99] Ота,
Друга Филидова, воинств вождя крепкодушных эпеян.

520 Мегес Филид налетел на убийцу; но в сторону прянул
Полидамас; не уметил в него, не судил дальновержец
Сыну Панфоеву славному пасть меж рядов первоборных.
Крезма Филид угодил сокрушительной пикою в перси;
С шумом он пал, и с рамен совлекал победитель доспехи.

525 Вдруг на Филида нагрянул Долопс Лампетид, илионский
Славный копейщик, которого сын Лаомедона доблий,
Лама велемудрый родил, знаменитого доблестью бранной,
Он у Филида, нагрянувший близко, щита середину
Пикой пробил, но его защитил крепкосозданный панцирь,

530 Латами сомкнутый плотно: Филей[100] в давнобытное время
Вывез доспех сей из града Эфиры, от вод Селлеиса,[101]
Коим, как друга, его одарил там Эвфет скиптродержец,
В битвах кровавых носить от враждебных мужей обороной;
Он-то и сына его защитил от погибели грозной.

535 Мегес же Лампова сына[102] по медному шлему под гребнем,
В самую выпуклость верхнюю, пикою острой ударил,
Гривистый гребень с основы сорвал, и на землю он целый
Пал и простерся во прахе, блистающий пурпуром свежим.
Но между тем, как сражался он[103] пламенно, чая победы,

540 Сильный поборник явился ему, Менелай благородный;
С пикой, невидимый, стал в стороне, поразил Лампетида
С тыла в плечо; и сквозь перси пробилося бурное жало,
Рея вперед; и во прах Лампетид опрокинулся навзничь.
Прянули оба на павшего, медную, славную броню

545 С плеч совлекать. Но Гектор вскричал на Долопсовых ближних,[104]
Их порицая, и более всех Гикетаона сына
Он укорял, Меланиппа, который прежде в Перкоте[105]
Пас круторогих волов,[106] до нашествия рати враждебной;
Но как скоро ахейцы в судах многовеслых приплыли,[107]

550 Он прилетел в Илион и в дружинах троян отличался,
Жил у Приама и чествован был, как и сын, Дарданидом.[108]
Гектор его укорял и к нему говорил, негодуя:
"Сын Гикетаонов! Так ли оставим? ужели нисколько
Сердце твое не болит за сраженного милого брата?

555 Или не видишь ты, как над доспехом Долопса трудятся?[109]
Следуй за мною! не время с аргивцами издали биться;
Должно нам всех истребить их, покуда они с оснований
Трои высокой не свергли[110] и граждан ее не избили!"
Рек - и понесся вперед, и муж с ним, богу подобный.[111]

560 Аргоса воев[112] Аякс, возбуждал, Теламонид великий:
"Други, мужайтесь! Наполните сердце стыдом благородным![113]
Воина воин стыдися на поприще подвигов ратных![114]
Воинов, знающих стыд, избавляется боле, чем гибнет;
Но беглецы не находят ни славы себе, ни избавы!"

565 Так возбуждал, но и сами они защищаться пылали;
В сердце сложили[115] героя слова и суда оградили
Медной стеной; до троян против них устремлял громовержец.[116]
Храбрый Атрид Менелай возбуждал Антилоха[117] младого:
"Нет, Антилох, никого ни моложе тебя из ахеян,

570 Ни быстрее для бега, ни силами крепче для боя.
Если бы, прянув вперед, поразил ты какого троянца!"
Так произнес и назад отступил, поощрив Антилоха.
Вылетел он из передних рядов и, кругом обозревши,
Бросил блистательный дрот; взволновались трояне, увидя

575 Мощный удар. И оружие он не напрасное ринул:
Ветвь Гикетаона, смелого сердцем вождя Меланиппа,
Гордо идущего в битву, в широкие перси уметил;
С шумом он грянулся в прах, и взгремели на падшем доспехи.
Несторов сын на него устремился, как пес на еленя

580 Скачет пронзенного, коего ловчий, едва он из лога
Прянул, стрелой поразил и подсек ему резвые ноги, -
Так на тебя, Меланипп, наскочил Антилох бранолюбец,
Алча доспехов твоих. Но от Гектора он не укрылся;
Гектор навстречу предстал, пролетев сквозь кипящую сечу.

585 Нестеров сын не остался, как ни был горяч в ратоборстве;
С поля сбежал он, зверю подобный, свершившему пакость,
Зверю, который, пса или пастыря стадо сгубивши,
В лес убегает, покуда селян не собралась громада, -
Так убежал Несторид; на него и трояне и Гектор,

590 Страшные крики подняв, задождили свистящие стрелы.
Стал он лицом к сопротивным, достигнувши дружеских сонмов.
Тою порою трояне, как львы, пожиратели крови,[118]
Бурно к судам устремлялись и Зевса судьбы[119] совершали:
Он непрестанно их мужество высил, а воев ахейских

595 Дух поражал и победы лишал их, троян поощряя;
Гектору сердце его даровать, Приамиду желало
Грозную славу, да он на суда пожирающий пламень
Бурный повергнет, и так роковое Фетиды моленье[120]
Все совершится; единого ждал промыслитель Кронион:

600 Первого судна горящего зарево с неба увидеть.
С оного времени Зевс от судов невозвратное бегство
Трои сынам присуждал, а данаям победную славу.
Так помышляющий, Гектора в бой на суда устремлял он,
Страшно и собственным влекшегось[121] духом; свирепствововал Гектор,

605 Словно Арей, сотрясатель копья, или огнь истребитель,
Если меж гор он свирепствует, в чащах глубокого леса:
Пена клубилась из уст, под бровями угрюмыми очи
Грозным светились огнем; над главой, воздымаяся гребнем,
Страшно качался шелом у летавшего бурей по битве

610 Гектора! Сам бо герою был покровителем с неба
Зевс и его одного возвышал над толпой человеков
Честью и славою: ибо не долго жить оставалось
Сыну Приама; уже на него Тритогена Паллада[122]
День роковой устремляла с победною силой Пелида.

615 Гектор пылал разорвать у данаев ряды и пытался
Всюду, где видел и гуще толпы, и оружие лучше;
Но разорвать их нигде он не мог, беспредельно пылавший:
В встречу данаи, сомкнувшися башней,[123] стояли, как камень
Страшно высокий, великий, который у пенного моря

620 Гордо встречает и буйные вихрей свистящих набеги,
И надменные волны,[124] которые противу хлещут, -
Так аргивяне встречали троян неподвижно, бесстрашно.
Он же,[125] сияющий окрест огнем, налетел на фалангу;
Грозен упал, как волна на бегущий корабль упадает,

625 Мощная, бурей из туч возвращенная; весь потрясенный,
Пеной корабль покрывается; шумное бури дыханье
В парус гремит, и трепещут сердца корабельщиков бледных,
Страхом объятых; они из-под смерти едва уплывают, -
Так сердца трепетали в груди благородных данаев.

630 Он же, как лев истребитель, на юниц рогатых нашедший,
Коих по влажному лугу при блате обширном пасутся
Тысячи; пастырь при них, но, юный, еще не умеет
С зверем сразиться, дабы защитить круторогую краву:
Пастырь неопытный, около крав то передних, то задних

635 Мечется он беспрестанно, а хищник, в средину их бросясь,
Режет быка, и все разбегаются, - так аргивяне,
Свыше смятенные, в бег перед Гектора силой и Зевса
Все обратилися; он поразил одного Перифета,[126]
Храброго сына Копрея, того, что, служа Эврисфею,

640 Вестником часто ходил от тирана[127] к Гераклу герою:
Сей-то отец ничтожный родил знаменитого сына,
Доблестей полного: легкостью в беге, искусством в сраженьях,
В думах умом он блистал между всех благородных микенян;
Он Приамиду герою высокую славу доставил:

645 В бег обращаяся, задом, незапно на щит он споткнулся,
Им же держимый, огромный, до ног оборона от копий;
Он, на щит свой споткнувшися, навзничь упал, и ужасно
Грянул шелом вкруг висков при падении сильного мужа.
Гектор, увидевши то, прилетел и, став перед падшим,

650 В перси копьем поразил и пред сонмом друзей Перифету
Душу исторгнул; они не могли, и печальные,[128] другу
Помощи дать: ужасалися Гектора мужеубийцы.
К ближним судам отступили; суда, извлеченные прежде,[129]
Их оградили передние; Гектор и там утеснял их.

655 Нуждой ахеян сыны отступить от судов и передних,
Нуждой заставлены горькой; они перед кущами стали,
Вместе столпись, рассеваться не мысля; удерживал вместе
Стыд их и страх; непрестанно они ободряли друг друга
Криками; Нестор особенно, страж престарелый ахеян,

660 Каждого мужа молил, именами родных заклиная:
"Будьте мужами, о други, почувствуйте стыд, аргивяне,
Стыд перед всеми народами![130] Вспомните сердцу любезных
Жен и детей, и стяжанья свои, и родителей милых,
Вспомните все, у которых родные живы и мертвы!

665 Именем их и отсутственных,[131] я вас молю, аргивяне,
Стойте крепко противу врагов, не бросайтеся в бегство!"
Так говорил, и возжег он и крепость и мужество в каждом;
Облак у них пред очами Афина рассеяла мрачный,[132]
Свыше ниспосланный: свет воссиял им, открылось пространство

670 Всё, и от черных судов и от поля погибельной битвы;
Гектор открылся ужасный, и все илионян дружины,
Сколько за ним, позади, не сражавшихся праздно стояло
И впереди, пред судами, неистовым билося боем.
Сердцу Аякса великого более нелюбо стало

675 Быть в тесноте, в какой оставались другие ахейцы;
Он по помостам судов устремился, широко шагая,
Шест корабельный[133] в могучих руках потрясая огромный,
Крепко в составах сколоченный, двадцать два локтя длиною.
Словно как муж, ездок на конях необычно искусный,[134]

680 Лучших из множества коней избрав четырех и связав их,
Правит и с поля далекого к граду великому гонит
Битой дорогой;[135] толпою и мужи, и робкие жены
Смотрят дивуясь, а он беспрестанно и твердо и верно
Скачет, садяся с коня на коня, на бегу их ужасном,[136] -

685 Так Теламонид Аякс с корабля на корабль по помостам
Прядал, широко шагая и крик подымая до неба;
Криком ужасным герой возбуждал беспрерывно данаев
Стан и суда боронить. Но в оное время и Гектор
Мощный уже не в толпе крепкобронных троян оставался.

690 Словно как бурный орел на стада ударяет пернатых,
Птиц перелетных, пасущихся мирно по брегу речному,
Диких гусей, журавлей иль стада лебедей долговыйных, -
Так Приамид нападал на данайский корабль[137] черноносый,
Бурен кидаясь: его позади устремлял громовержец

695 Мышцей высокой, и с ним воеводою[138] воинство двигал.
Снова у быстрых судов запылала свирепая битва.
Можно б сказать, что еще не усталые, свежие рати
В бой соступилися; так горячо ратоборцы сражались.
Духом таким управлялися воинства: мужи ахейцы

700 Боле не мнили избыть от беды и решились погибнуть;
Каждый, напротив, троянин, исполненный бодрости, чаял:
Ныне сожжем корабли и побьем героев ахейских.
Духом таким наполняясь, одни на других[139] напирали.
Гектор могучей рукой за корму корабля ухватился;

705 Легкий, прекрасный корабль сей отважного Протесилая[140]
В Трою принес, но в отечество вновь не повез ратоводца:
Окрест сего корабля и ахейцы смесясь и трояне,
В свалке ужасной сражалися врукопашь; боле не ждали
Издали стрел поражающих, или метательных копий:

710 Друг против друга стоящие, равным горящие духом,
Бились секирами тяжкими, взад и вперед с лезвиями,[141]
Бились мечами и копьями, острыми сверху и снизу.[142]
Множество пышных ножей,[143] с рукоятками черными, наземь
Падало окрест, летя то из рук, то с рамен[144] ратоборцев,

715 Яростно бившихся; черною кровью земля залилася.
Гектор, корабль захватив,[145] пред кормою стоял неотступен;
Хвост кормовой он руками держал и кричал к ополченьям:
"Светочей, светочей дайте! и с криком сомкнувшися гряньте!
День, награждающий всё,[146] даровал нам Зевес! присудил нам

720 Взять корабли, что, под Трою приплыв против воли бессмертных.[147]
Столько нам бед сотворили по робости старцев советных;[148]
Старцы, когда я хотел воевать корабли сопостатов,[149]
В граде держали меня и троянский народ[150] отвлекали.
Но если в оные дни омрачал громовержец Кронион

725 Наш рассудок, то ныне он сам и зовет и ведет нас!"
Рек, - и они на данаев ударили с большим свирепством.
Сын Теламонов не выстоял: стрелы его засыпали;
Тихо герой отступал, устрашась неизбежной тут смерти;
Вспять до скамьи семистопной[151] сошел с кормового помоста.

730 Там он стоял, озираясь, и длинным копьем беспрерывно
Всех опрокидывал, кто наносил пожирающий пламень,
И беспрерывно ужасно кричал, убеждая данаев!
"Други, данаи герои, бесстрашные слуги Арея!
Будьте мужами, о други, вспомните бранную доблесть!

735 Может быть, мыслите вы, что поборники есть позади нам?
Или стена боевая, которая нас оборонит?
Нет никакого вблизи укрепленного башнями града,
Где защитились бы мы, замененные свежею силой.
Мы на троянских полях, перед войском троян твердобронных,

740 К морю прибиты стоим, далеко от отчизны любезной!
Наше спасение в наших руках, а не в слабости духа!"
Рек - и свирепый кругом нападал с длиннотенною пикой.
Каждого, кто из троян к корабельным кормам ни бросался
С пламенем бурным в руках, возбуждаемый Гектора криком,

745 Каждого он прободал, принимая огромною пикой:
Так их двенадцать из собственных рук заколол[152] пред судами.

[1] 18—30 Об этом эпизоде из сказаний о Геракле, очевидно хорошо известных во времена создания «Илиады» по более ранним эпическим песням, рассказывал уже Сон (XIV, 249-261).

[2] 18—21 Автор «Илиады» явно рассчитывает на комический эффект, приписывая Зевсу варварскую расправу над супругой способом, который в реальном гомеровском обществе был мыслим разве что по отношению к рабам (см.: Од., XXII, 187—199).

[3] не смягчился б — Греческий текст не дает оснований для перевода сослагательным наклонением, как это сделал Гнедич. У Гомера сказано просто «не смягчался».

[4] к ~ Косу — См.: XIII, 255.

[5] совершителя подвигов многих — Подлинный смысл греческого текста: «хотя и претерпевшего многие беды».

[6] 36—38 Эти стихи дословно повторяются в «Одиссее» (V, 184—186). О клятве богов см.: II, 755 и XIV, 271—279.

[7] даже — Этому слову нет соответствия в греческом тексте, что и естественно, так как никто, кроме богов, Стиксом не клялся.

[8] 41—46 Гера, опасаясь совершить прямое клятвопреступление, не опровергает обвинения, которое выдвинул против нее Зевс, а стремится отвлечь его внимание формально не противоречащими истине и подкрепленными клятвой оправданиями. Такое искусство введения в заблуждение клятвой без риска совершить клятвопреступление даровал; по словам «Одиссеи», бог Гермес деду Одиссея Автолику (XIX, 394-397).

[9] 63—71 Такое предсказание хода войны встречается в «Илиаде» только здесь, а утверждение, что ахейцы побегут к кораблям Ахилла, не вполне соответствует дальнейшему рассказу о битве (XV, 704 слл.; XVI, 112 слл.), согласно которому Гектор поджег корабль Протесилая, после чего Ахилл и отправил Патрокла в битву. Упоминание в ст. 71 «советов Афины» относится к «троянскому коню» и выходит за хронологические рамки действия «Илиады». Все это заставляет предполагать здесь не вполне гармонирующую с основным текстом поэмы вставку.

[10] так не свершившемусь — пока так не свершится (дательный самостоятельный).

[11] утвердил я моею главою —т. е. кивком головы (I, 528—530).

[12] просвещенным — В греческом тексте эпитет, который можно передать русским «сведущий».

[13] 82 Точный смысл этого стиха таков: «О если бы я побывал там или там!», и человек стремится ко многому, переходя от одного воспоминания к другому.

[14] у Фемиды — Фемида — олицетворение правопорядка и традиционных норм поведения. Фемида, в частности, собирает по приказу Зевса богов на собрание (XX, 4-6).

[15] 111—112 О гибели Аскалафа см.: XIII, 518 слл.

[16] ударил Арей по крутым себя ребрам — Жест досады и раздражения (ср.: XII, 162).
[17] хоть — даже если.

[18] Страху и Ужасу — См.: IV, 440-441.

[19] покрывался оружием — надевал доспехи.

[20] к двери — точнее, в прихожую, где находился уже Арес.

[21] 136—137 бросил бы Зевс и пришел бы ~ И постиг бы — В греческом тексте сказано: «Зевс бросит и придет ~ и постигнет».

[22] месть отложи — букв.: «отбрось гнев».

[23] 139—141 Афина несколько неожиданно игнорирует различие между всеми людьми и сыном бога, каким был Аскалаф, очевидно желая подчеркнуть, что избавить его от смерти было бы все равно так же невозможно, как и обычного смертного.

[24] чего ~ ни восхощет — что только пожелает.

[25] меня в нападении — меня нападающего.

[26] проясняющим воздух Бореем — Использованный вдесь Гомером эпитет борея — северного ветра — означает, вероятно, «рожденный в эфире» (т. е. в чистом прозрачном воздухе выше облаков).

[27] 187—193 Гесиодовский эпос говорит, что боги, одержав победу над титанами, признали главенство Зевса, который в свою очередь уделил им сферы властвования («Теогония». 881—885). Общая картина взаимоотношений богов в гомеровском эпосе, скорее, соответствует этой гесиодовской формулировке, чем притязаниям Посейдона.

[28] жребий бросившим нам — когда мы бросили жребий (дательный самостоятельный).
[29] пало — выпало на долю.

[30] не хожу — букв.: «не собираюсь жить».

[31] 197—199 Эти слова Посейдона, очевидно, относятся к Аполлону, Аресу, Артемиде и Афродите, помогающим троянам (ср.: XX, 38—40).

[32] 204 Эринии выступают здесь как защитницы закрепленных древним обычаем прав старшего в роде.

[33] 207 На этот стих Гомера ссылается Пиндар («Пифийские оды». IV, 277—278).

[34] 214 Гермес до сих пор не фигурировал в «Илиаде» как враг Трои, но в XX, 36— 37 он отправляется в сражение на стороне ахейцев.

[35] 215—216 Поэт, чтобы ярче изобразить негодование Посейдона, отвлекается от того, что судьба Трои уже бесповоротно решена, в том числе и самим Зевсом (ср. хотя бы XV, 70-71).

[36] 224—225 В стихе 224 имеются два рукописных варианта чтения, выбор между которыми сделать не легко. Перевод Гнедича восходит к одному чтению, а второе дает смысл: «Битву (со мной) изведали (уже) и другие —боги, которые находятся в преисподней вокруг Кроноса» (т. е. титаны).

[37] 226—227 В виде исключения Гнедич перевел здесь два стиха «Илиады» одним русским.
[38] устрою и дело и слово — позабочусь и словом и делом.

[39] хищных — Этого слова нет в греческом тексте.

[40] 241 Здесь предполагается, что желание Зевса восстановить силы Гектора начало действовать сразу на расстоянии, что необычно для гомеровского эпоса (ср., однако, XV, 461-464).

[41] к полкам — В греческом тексте нет эквивалента этому выражению.

[42] 262—268 Это сравнение Гектора с конем в точности повторяет сравнение с конем Париса (VI, 506—511), гораздо более уместное там: Гектор только что оправился от удара камнем, в то время как Парис действительно отправился в сражение после отдыха в Илионе.

[43] быстро идущего — В греческом тексте причастие от глагола, обозначающего у Гомера либо нападение божества (как, например, в I, 50), либо героя, непосредственно вдохновленного каким-либо богом (X, 487).

[44] Фоас ~ сын Андремонов — См.: II. 638—640.

[45] в стойком — т. е. в рукопашном.

[46] юность — юноши.

283 Поэт, по-видимому, намекает на практиковавшиеся, очевидно, в его время наряду с атлетическими и поэтическими агонами состязания в искусстве слова.

[47] колена сломил — букв.: «расслабил», т. е. «сразил».

[48] Аяксы — Часть рукописной традиции упоминает здесь одного Аякса, очевидно сына Теламона.

[49] Мегес — См.: II, 625—630.

[50] широко выступая — широко шагая.

[51] 307—308 Обычно Гомер изображает с эгидой Зевса или Афину (ср., однако. XXIV, 19-21).
[52] перси овеявший тучей — Чтобы скрыться от взора ахейцев.

[53] художник — В оригинале: «кузнец».

[54] в рассеянной битве — т. е. в беспорядочных столкновениях.

[55] 330—331 Перевод неточен. Предводителем беотян был Аркесилай (II, 495), а сотоварищем вождя афинян Менесфея — Стихий (XIII, 195—196).

[56] 333—336 Эти стихи повторяют стихи XIII, 694—697.

[57] предводитель — Ияс под начальством Менесфея.

[58] Сфела ~ Буколиона — Сфела, сына Букола.

[59] Клония: беотийца — См.: II, 295.

[60] 347 В оригинале этот стих представляет собой, скорее всего, начало прямой речи Гектора.

[61] 350—351 Гектор угрожает лишить тело ослушника погребения, что представлялось грекам страшнейшей карой (ср. трагедии Софокла «Антигона» и «Аякс»).

[62] окопа ~ берег — край рва. Гнедич воспроизводит метафору греческого текста.

[63] 367—369 Почти дословное повторение стихов VIII, 345—347.

[64] ко звездному небу — Дело происходит днем, а эпитет неба — «звездное» — выступает здесь как постоянный эпический эпитет.

[65] 372—376 Ср. молитву Хриза: I, 37—42.

[66] у корм — ахейских кораблей.

[67] к бою морскому — для морского боя.

[68] 390 сл. Повествование возвращается к Патроклу (см.: XIII, 1—2).

[69] черные боли — Метафора восходит к греческому оригиналу.

[70] за стену — У Гомера: «к стене», что не соответствует ситуации и явилось результатом механического повторения стихов XII, 143—144; таким образом Гнедич пытается исправить непоследовательность гомеровского текста.

[71] благородный сподвижник — воин из дружины Еврипила.

[72] 403—404 См.: XI, 791—792.

[73] сильно — В оригинале: «хорошо», «полезно».

[74] говорящего — букв.: «сказавшего»; из гомеровского текста никак не следует, что Патрокл говорил на ходу.

[75] и меньших числом — Хотя тех (т. е. троянцев) и было меньше.

[76] правильный снур — натянутая веревка, употреблявшаяся для того, чтобы наметить прямую линию (ср.: Од., V, 245).

[77] корабельное древо — бревно, употреблявшееся для постройки корабля.

[78] зодчего — В греческом тексте слово, обозначающее всякого строителя; имеется в виду корабельный мастер.

[79] художества мудрость — Гнедич точно передает отношение поэта и его эпохи к мастерству ремесленника, которым восхищались наравне с талантом художника.

[80] воспитанник мудрой Афины — Афина считалась покровительницей и вдохновительницей всяческих достижений человеческих рук и ума.

[81] 413 Смысл сравнения не вполне отчетлив и в греческом тексте упорное сражение
сравнивается с туго натянутой веревкой.

[82] родного ~ Клитеида — Отец Калетора Клитий был братом Приама (см.: XX, 237-238).

[83] киферейца — жителя Кифер, острова у побережья Лаконии.

[84] у киферян священных — Киферы были древним центром культа Афродиты.

[85] 441 Смысл гомеровского текста, скорее, таков, что Аполлон даровал Тевкру искусство стрельбы из лука (ср.: II, 827).

[86] троянам желал угодить он — Это звучит неожиданно в отношении троянца Клита, в то время как в стихах XVII, 291—292, в точности повторяющих XV, 449— 450, те же слова более уместны о Гиппотое — предводителе пелазгов, союзнике троянцев.

[87] на виду — Астиной должен держаться с конями вблизи от Полидаманта (Полидамаса).

[88] 469—470 В VIII, 329—330 говорилось, что Гектор порвал Тевкру тетиву лука брошенным камнем.

[89] частые — букв.: «часто соскакивающие (с лука)».

[90] великий — Прозвище, отличающее у Гомера Аякса, сына Теламона, от Аякса, сына Оилея.

[91] рассыпает — точнее, «приводит в беспорядок, лишает действенности».

[92] стрелы — Так в оригинале, хотя у Тевкра лопнула тетива (XV, 463—465).

[93] бога — В оригинале «Зевса».

[94] 494—499 Эти стихи цитирует в своей патриотической речи афинский оратор Ликург («Против Леократа». 103).

[95] наследие — земельный участок.

[96] смесить ~ руки и мужество — Гнедич воспроизводит здесь дословно метафору греческого текста.

[97] 515—516 В II, 517 упоминается фокеец Схедий, но он назван сыном Ифита, и его Гектор убьет позднее (XVII, 306 слл.).

[98] Полидамас — троянец; см.: XI, 57.

[99] килленейского — жителя города Киллены в Элиде.

[100] Филей — отец Мегеса.

[101] из града Эфиры, от вод Селлеиса — Здесь имеется в виду Эфира в Элиде, на реке Селлеисе (Селлеенте), упоминаемая в II, 659.

[102] Лампова сына — Долопса (см. ст. 525).

[103] он — Мегес.

[104] на Долопсовых ближних — В греческом тексте сказано: «приказал братьям», где братьев нужно понимать расширительно («родичам»), но не Долопса, а его, Гектора, которые, однако, были в то же время родственниками Долопса, внука Лаомедонта, внуком которого был и сам Гектор. Гектор обращается в первую очередь к Меланиппу, сыну Гикетаона, который также был внуком Лаомедонта (XX, 237—238).

[105] в Перкоте — См.: II, 835; XI, 229.

[106] пас круторогих волов — Стада коров постоянно упоминаются в эпосе как важнейшее достояние царей и прочих богатых людей. То, что племянник царя сам пасет стада, представляет собой типичный штрих общей картины патриархальных нравов, рисуемых эпосом (так и в «Одиссее» царевна Навсикая едет на реку стирать белье царской семьи: VI, 59, 85). Ср. еще: IV, 499—500.

[107] 549—551 Эти стихи повторяют стихи XIII, 174—176.

[108] Дарданидом — Приамом.

[109] над доспехом Долопса трудятся — Ахейцы пытаются захватить его.

[110] не свергли — В оригинале говорится о захвате Трои.

[111] муж ~ богу подобный — Меланипп.

[112] Аргоса воев — В оригинале «аргивян», т. е. ахейцев, греков.

[113] стыдом благородным — Каждый должен стыдиться проявить трусость или иную слабость.

[114] 562—564 Стихи эти совпадают со стихами V, 530—532.

[115] в сердце сложили — восприняли; Гнедич дословно передает образное выражение греческого текста.

[116] громовержец — Зевс.

[117] Антилоха — сына Нестора.

[118] пожиратели крови — В оригинале букв.: «пожиратели сырого (мяса)».

[119] Зевса судьбы — букв.: «повеления Зевса».

[120] роковое Фетиды моленье — просьба Фетиды к Зевсу покарать ахейцев (см.: I, 503 слл.).

[121] влекшегось — влекомого, влекущегося.

[122] 613-614 См.: XXII, 214 слл.

[123] сомкнувшися башней — Гнедич передает метафору греческого текста.

[124] надменные волны — В оригинале букв.: «упитанные волны». «Надменный» здесь значит «вздувшийся».

[125] он же — Гектор.

[126] 638—643 Создается впечатление, что поэт, принимающий в целом идеологию аристократии, но к ней сам не принадлежащий, с удовольствием говорит (ст. 641) о возможности рождения достойного сына от неблагородного отца. Последовательные выразители идеологии греческой аристократии Феогнид и Пиндар считали доблесть строго наследственной. Краткое упоминание царя Микен Эврисфея и Копрея рядом с Гераклом указывает на то, что сказания (очевидно, в форме эпических поэм) о подвигах Геракла на службе у Эврисфея были хорошо известны, как и другие рассказы о Геракле, ко времени создания «Илиады».

[127] от тирана — Этой характеристики Эврисфея в греческом тексте нет; у Гомера: «от владыки».

[128] и печальные — хотя они и были опечалены.

[129] 653—654 Ахейцы отступают за передний ряд судов, вытащенный раньше других на берег.

[130] перед всеми народами — У Гомера сказано: «перед другими людьми».

[131] и отсутственных — даже отсутствующих.

[132] 668—673 До этого об облаке, закрывающем поле сражения, ничего не говорилось, так что уже древние филологи заподозрили здесь позднейшую вставку.

[133] шест корабельный — См.: XV, 387—389.

[134] 679 См.: X, 513.

[135] битой дорогой — В греческом тексте говорится о проезжей дороге.

[136] 684 Здесь, по-видимому, имеется в виду искусный наездник, спрыгивающий на ходу с лошади и вскакивающий на другую.

[137] на ~ корабль — на тот, который защищал Аякс.

[138] с ним воеводою — с ним в качестве военачальника.

[139] одни на других — Подразумеваются троянцы и ахейцы.

[140] 705—706 Протесилай, один из фессалийских вождей, упоминался в «Каталоге кораблей» (II, 698—699). Протесилай, по преданию, первый сошел с корабля на берег, и Гомер, очевидно, представлял себе его корабль вытащенным дальше всего от берега. Поэтому Гектор подходит прежде всего именно к кораблю Протесилая.

[141] взад и вперед с лезвиями — секирами с двумя лезвиями.

[142] копьями, острыми сверху и снизу — См.: XIII, 147.

[143] ножей — Речь идет о коротких мечах или кинжалах.

[144] летя ~ с рамен — Очевидно, описывается случай, когда ударом по плечу перерубалась перевязь, и висевший на ней короткий меч падал на землю.

[145] корабль захватив — т. е. схватившись рукой за корабль.

[146] награждающий всё — награждающий нас за все перенесенные труды и утраты.

[147] приплыв против воли бессмертных — Гектор делает такой вывод на основании достигнутых троянцами с помощью Зевса успехов.

[148] старцев советных — Троянские старцы, члены совета во главе с Приамом, упоминались в III, 146—153.

[149] 722—723 В «Илиаде» нигде больше не говорится о том, чтобы троянские старейшины препятствовали наступательным действиям войска во главе с Гектором. Ахилл, со своей стороны, объясняет нерешительность Гектора страхом перед ним, Ахиллом (IX, 352-354).

[150] троянский народ — войско.

[151] скамьи семистопной — О смысле этого выражения спорили уже античные филологи. Скорее всего, речь идет о поднятом на семь футов от дна корабля сидении рулевого.

[152] 745—746 прободал ~ заколол — В оригинале говорится, что Аякс ранил приближавшихся троянцев.

Комментарии



Поделиться: