Деяния Диониса - Песнь XVI

Аполлодор МИФОЛОГИЧЕСКАЯ БИБЛИОТЕКА ЭПИТОМА

Аполлодор


Лите­рой Э обо­зна­ча­ет­ся текст Вати­кан­ской эпи­то­мы, лите­рой С — текст Саб­ба­ит­ских фраг­мен­тов. Сто­я­щие рядом две лите­ры ЭС обо­зна­ча­ют сов­па­даю­щий текст. Лите­рой З обо­зна­ча­ет­ся текст, заим­ст­во­ван­ный из сочи­не­ния Зено­бия (Zenobius. Cent. V, 33), лите­рой Ц — из сочи­не­ния Цеце­са (Tzetz. in Lycophr. 902, 15а; 911, 15b; 921. 15с).

|Э| I. (1) Тре­тьей Тесей убил Кром­ми­он­скую сви­нью, кото­рую зва­ли Феей по име­ни ста­ру­хи, выкор­мив­шей ее 1. Об этой сви­нье некото­рые гово­рят, что она была порож­де­ни­ем Ехид­ны и Тифо­на. (2) Чет­вер­тым он убил корин­фя­ни­на Ски­ро­на, сына Пелоп­са, или, как некото­рые гово­рят, Посей­до­на. Ски­рон оби­тал на Мегар­ской зем­ле среди скал, кото­рые по его име­ни назы­ва­ют­ся Ски­ро­нид­ски­ми, и застав­лял про­хо­жих мыть ему ноги, когда же они при­сту­па­ли к мытью, он стал­ки­вал их в про­пасть на съе­де­ние огром­ной чере­па­хе. (3) Но Тесей схва­тил его само­го за ноги и сбро­сил в море 2. Пятым Тесей убил в Элев­сине Кер­ки­о­на, сына Бран­ха и ним­фы Аргио­пы. Кер­ки­он застав­лял про­хо­жих всту­пать с ним в борь­бу и в схват­ке уби­вал их. Тесей под­нял его само­го в воздух и швыр­нул на зем­лю 3. (4) Шестым он убил Дама­ста, кото­ро­го некото­рые зовут Поли­пе­мо­ном 4. Оби­тая у доро­ги, он изгото­вил два ложа: одно малень­кое, дру­гое боль­шое. Про­хо­жих он при­гла­шал зай­ти к нему и укла­ды­вал людей малень­ко­го роста на боль­шое ложе, после чего бил их моло­том, чтобы рас­тя­нуть их тела на пол­ную дли­ну ложа; людей же высо­ко­го роста он укла­ды­вал на малень­кое ложе и отпи­ли­вал те части тела, кото­рые там не поме­ща­лись. Так Тесей, осво­бо­див доро­гу, при­был в Афи­ны.

|ЭС| (5) Медея, быв­шая в те вре­ме­на супру­гой Эгея, ста­ла стро­ить коз­ни про­тив Тесея; она убеди­ла Эгея осте­ре­гать­ся его, как замыс­лив­ше­го про­тив него недоб­рое. Эгей не узнал соб­ст­вен­но­го сына и, опа­са­ясь его, послал Тесея про­тив Мара­фон­ско­го быка 5. (6) После того как Тесей убил быка, Эгей в тот же день под­нес ему ядо­ви­тый напи­ток, кото­рый ему дала Медея. Но Тесей перед тем, как выпить, пода­рил отцу меч, и Эгей, узнав меч, вырвал килик с ядом из рук сына6. Так Тесей был узнан сво­им отцом. Открыв злой умы­сел Медеи, Тесей ее изгнал.

(7) Тесея при­чис­ля­ют к тем, кого отда­ва­ли на съе­де­ние Минотав­ру, когда эту дань пла­ти­ли в тре­тий раз. |Э| Но, как сооб­ща­ют некото­рые, Тесей пред­ло­жил себя по соб­ст­вен­ной воле 7. На кораб­ле был под­нят чер­ный парус, и Эгей нака­зал сыну, чтобы он, одер­жав победу над чудо­ви­щем, под­нял на кораб­ле белые пару­са 8. |ЭС| (8) Когда он при­был на Крит, в него влю­би­лась Ари­ад­на, дочь Мино­са, и ска­за­ла, что будет помо­гать Тесею, если он согла­сит­ся взять ее в жены и увез­ти в Афи­ны. Тесей согла­сил­ся, под­твер­див клят­вой свое согла­сие, и тогда она попро­си­ла Деда­ла пока­зать, как мож­но вый­ти из лаби­рин­та. (9) По сове­ту Деда­ла она дала Тесею, вошед­ше­му в лаби­ринт, нит­ку. Тесей при­вя­зал ее к две­ри и стал тянуть нить за собой, дви­нув­шись вглубь. Най­дя Минотав­ра в самой отда­лен­ной части лаби­рин­та, Тесей набро­сил­ся на него с кула­ка­ми и убил его 9; дер­жась за нить, он вышел обрат­но нару­жу. Ночью вме­сте с Ари­ад­ной и афин­ски­ми детьми он выса­дил­ся на ост­ро­ве Нак­со­се. Но там влю­бив­ший­ся в Ари­ад­ну Дио­нис похи­тил ее 10 и, доста­вив ее на ост­ров Лем­нос, сошел­ся с ней. |С| От него она роди­ла Тоан­та, Ста­фи­ла, Ойно­пи­о­на и Пепа­ре­та 11.

|Э| (10) Огор­чен­ный утра­той Ари­ад­ны, Тесей выплыл в море, забыв натя­нуть на кораб­ле белые пару­са. Эгей, увидев с акро­по­ля корабль, плы­ву­щий под чер­ным пару­сом, счел Тесея погиб­шим, кинул­ся вниз и погиб 12. |ЭС| (11) Тесей же уна­сле­до­вал от Эгея цар­скую власть |С| и убил сыно­вей Пал­лан­та, кото­рых было пять­де­сят 13. Точ­но так же были им пере­би­ты все, кто пытал­ся высту­пить про­тив него, и всю власть он сосре­дото­чил в сво­их руках.

|Э| (12) Минос, узнав о бег­ст­ве Тесея и его спут­ни­ков, запер Деда­ла, винов­но­го в этом, вме­сте с его сыном Ика­ром (кото­ро­го роди­ла Деда­лу рабы­ня Мино­са Нав­кра­та) в лаби­рин­те. Но Дедал изгото­вил кры­лья для себя и для сына, нака­зав под­няв­ше­му­ся в воздух Ика­ру не под­ни­мать­ся слиш­ком высо­ко, чтобы клей, кото­рым были соеди­не­ны перья, не рас­пла­вил­ся под луча­ми солн­ца, и не опус­кать­ся слиш­ком низ­ко к морю, чтобы кры­лья не рас­па­лись под вли­я­ни­ем сыро­сти.

(13) Икар, одна­ко, пре­не­брег сове­та­ми отца и, увле­чен­ный поле­том, под­ни­мал­ся все выше. Клей рас­пла­вил­ся, и Икар погиб, упав в море, по его име­ни назван­ное Ика­рий­ским 14. Дедал же бла­го­по­луч­но завер­шил пере­лет и при­был в сици­лий­ский Камик 15. (14) Минос, пре­следуя Деда­ла и разыс­ки­вая его по всем стра­нам, при­во­зил с собой закру­чен­ную спи­ра­лью рако­ви­ну, обе­щая выдать боль­шую награ­ду тому, кто суме­ет про­деть сквозь эту рако­ви­ну нить. С ее помо­щью он наде­ял­ся отыс­кать Деда­ла. При­быв в сици­лий­ский Камик ко дво­ру Кока­ла, у кото­ро­го скры­вал­ся Дедал, Минос пока­зал ему эту рако­ви­ну. Кокал взял ее, пообе­щав про­деть нит­ку, и отдал ее Деда­лу. (15) Тот при­вя­зал нить к мура­вью и, про­де­лав в рако­вине дыру, дал мура­вью прой­ти через нее. Когда Минос увидел, что нить про­де­та через рако­ви­ну, он сра­зу понял, что Дедал нахо­дит­ся у Кока­ла, и стал тре­бо­вать его выда­чи 16. Кокал пообе­щал это и про­дол­жал ока­зы­вать Мино­су вни­ма­ние, как гостю. Но, когда доче­ри Кока­ла купа­ли Мино­са в ванне, он скон­чал­ся. Как рас­ска­зы­ва­ют некото­рые, Минос погиб отто­го, что его обли­ли кипя­щей водой 17.

|ЭС| (16) Тесей, при­няв уча­стие в похо­де про­тив ама­зо­нок вме­сте с Герак­лом, похи­тил |С| Антио­пу или же, как гово­рят некото­рые, Мела­нип­пу, а по Симо­ниду, — Иппо­ли­ту 18. По этой при­чине ама­зон­ки напа­ли на Афи­ны. Над ними одер­жал победу Тесей вме­сте с афи­ня­на­ми, когда ама­зон­ки уже раз­би­ли лагерь у под­но­жия хол­ма Аре­са. |ЭС| (17) Хотя ама­зон­ка уже роди­ла ему сына Иппо­ли­та, Тесей позд­нее взял в жены при содей­ст­вии Дев­ка­ли­о­на дочь Мино­са Фед­ру 19. |С| Когда уже празд­но­ва­лась свадь­ба Фед­ры, ама­зон­ка, быв­шая его пер­вой женой, сопро­вож­да­е­мая воору­жен­ны­ми ама­зон­ка­ми, напа­ла на пиру­ю­щих с целью пере­бить всех. Но пиру­ю­щие быст­ро запер­ли две­ри и уби­ли ее. Некото­рые сооб­ща­ют, что она во вре­мя схват­ки погиб­ла от руки Тесея. |ЭС| (18) Фед­ра же, родив Тесею двух сыно­вей, Ака­ман­та и Демо­фон­та, влю­би­лась в сына ама­зон­ки Иппо­ли­та и пред­ло­жи­ла ему сой­тись с ней; но Иппо­лит, нена­видев­шей всех жен­щин, укло­нил­ся от это­го. Тогда Фед­ра, боясь, как бы он не рас­ска­зал обо всем сво­е­му отцу, выло­ма­ла две­ри сво­е­го брач­но­го покоя и порва­ла на себе одеж­ду, после чего лож­но обви­ни­ла Иппо­ли­та в попыт­ке совер­шить над ней наси­лие. (19) Тесей пове­рил в это и взмо­лил­ся Посей­до­ну, чтобы бог погу­бил Иппо­ли­та. Когда Иппо­лит ехал на колес­ни­це и про­ез­жал вдоль мор­ско­го бере­га, Посей­дон выслал из пучи­ны быка. Пере­пу­ган­ные кони раз­би­ли колес­ни­цу, а запу­тав­ше­го­ся в вож­жах Иппо­ли­та пота­щи­ли по зем­ле, и он погиб. После того как тай­на стра­сти Фед­ры была рас­кры­та, она пове­си­лась 20.

|Э| (20) Икси­он, влю­бив­шись в Геру, попы­тал­ся совер­шить над ней наси­лие. Когда Гера изве­сти­ла об этом Зев­са, тот решил удо­сто­ве­рить­ся, так ли обсто­ит дело в дей­ст­ви­тель­но­сти. Для это­го он создал из обла­ка некое подо­бие Геры и уло­жил его рядом с Икси­о­ном. Но, когда Икси­он стал хва­лить­ся, что сошел­ся с Герой, Зевс при­вя­зал его к коле­су и вет­ры понес­ли его вдоль под­не­бе­сья: таким было нака­за­ние, кото­ро­му Зевс его под­верг. Обла­ко же роди­ло от Икси­о­на кен­тав­ра 21.

|З| (21) Тесей был союз­ни­ком Пири­тоя 22, когда он всту­пил в сра­же­ние с кен­тав­ра­ми. Пири­той, справ­ляя свадь­бу с Гип­по­да­ми­ей 23, при­гла­сил на пир­ше­ст­во кен­тав­ров, как род­ст­вен­ни­ков неве­сты. Не при­вык­шие к вину кен­тав­ры быст­ро опья­не­ли, напив­шись от жад­но­сти сверх меры, и, когда при­вез­ли неве­сту, они попы­та­лись совер­шить над ней наси­лие. Но Пири­той вме­сте с Тесе­ем воору­жи­лись и всту­пи­ли в сра­же­ние с кен­тав­ра­ми, и Тесей пере­бил мно­гих из них.

|Э| (22) Кеней вна­ча­ле был жен­щи­ной. После того как Посей­дон сошел­ся с ней, она попро­си­ла бога, чтобы он пре­вра­тил ее в неуяз­ви­мо­го муж­чи­ну. Поэто­му Кеней в бит­ве с кен­тав­ра­ми, пре­зрев опас­ность и не боясь быть ране­ным, лишил жиз­ни мно­гих из них. Но остав­ши­е­ся в живых окру­жи­ли его и, уда­ряя его ство­ла­ми сосен, вогна­ли в зем­лю 24.

(23) Всту­пив с Пири­то­ем в сго­вор о том, чтобы женить­ся на доче­рях Зев­са, Тесей с помо­щью Пири­тоя похи­тил для себя из Спар­ты Еле­ну, когда той было две­на­дцать лет; а для того, чтобы сосва­тать Пири­тою Пер­се­фо­ну, Тесей спу­стил­ся в Аид. Но Дио­с­ку­ры, дей­ст­вуя вме­сте с лакеде­мо­ня­на­ми и арка­дя­на­ми, захва­ти­ли Афид­ны 25 и вер­ну­ли обрат­но Еле­ну. Вме­сте с Еле­ной они уве­ли в плен Этру, дочь Пит­тея. Демо­фонт и Ака­мант спас­лись бег­ст­вом. Дио­с­ку­ры так­же вер­ну­ли Мене­стея и переда­ли ему власть над афи­ня­на­ми. (24) Тесей же, при­быв с Пири­то­ем в Аид, был обма­нут: Аид, как буд­то наме­ре­ва­ясь уго­стить, при­гла­сил их сесть на трон Леты, и они к нему при­рос­ли: их удер­жи­ва­ли сво­и­ми коль­ца­ми обвив­ши­е­ся вокруг них дра­ко­ны. Пири­той остал­ся там при­вя­зан­ным навеч­но, Тесея же вывел на зем­лю Геракл и ото­слал его в Афи­ны 26. Оттуда он был изгнан Мене­сте­ем и при­был к Лико­меду, кото­рый убил его, столк­нув в про­пасть.

II. (1) Тан­тал в Аиде был нака­зан следу­ю­щим обра­зом. Над ним навис­ла тяже­лая ска­ла, сам же он посто­ян­но нахо­дил­ся в воде озе­ра, а над сво­и­ми пле­ча­ми с обе­их сто­рон он видел фрук­то­вые дере­вья, рас­ту­щие по бере­гам. Вода дохо­ди­ла ему до под­бо­род­ка, но каж­дый раз, когда он хотел сде­лать гло­ток, вода высы­ха­ла, и каж­дый раз, когда он хотел отведать пло­дов, вет­ры под­ни­ма­ли дере­вья с пло­да­ми до самых обла­ков. Некото­рые сооб­ща­ют, что он под­верг­ся тако­му нака­за­нию за то, что выбал­ты­вал людям мисте­рии богов, и еще за то, что он уго­щал сво­их сверст­ни­ков амвро­си­ей 27.

(2) Охот­ник Бро­тей не возда­вал поче­стей Арте­ми­де. Он заяв­лял так­же, что и огонь не смо­жет при­чи­нить ему вреда. Но, впав в безу­мие, он кинул­ся в огонь 28.

(3) Пелопс, после того как его зако­ло­ли и сва­ри­ли на пир­ше­ст­ве богов, вер­нув­шись к жиз­ни, стал еще более кра­си­вым 29; отли­ча­ясь такой кра­сотой, он стал воз­люб­лен­ным Посей­до­на. Посей­дон пода­рил ему кры­ла­тую колес­ни­цу: вла­га не каса­лась ее осей, когда она мча­лась по поверх­но­сти моря.

(4) Ойно­май, цар­ст­во­вав­ший в Писе, имел дочь Гип­по­да­мию, и то ли он сам был влюб­лен в нее, как гово­рят некото­рые, то ли он полу­чил ора­кул, в кото­ром ему пред­ска­зы­ва­лась смерть от руки того, кто женит­ся на его доче­ри, но никто не брал ее в жены. Отец Гип­по­да­мии не мог убедить ее сой­тись с ним, жени­хов же он всех уби­вал.

(5) Обла­дая ору­жи­ем и коня­ми, кото­рые были пода­ре­ны ему Аре­сом, Ойно­май устра­и­вал состя­за­ния для жени­хов; победив­ший в этих состя­за­ни­ях полу­чал пра­во женить­ся на Гип­по­да­мии. Жених дол­жен был поса­дить Гип­по­да­мию на свою колес­ни­цу и мчать­ся с ней до Коринф­ско­го пере­шей­ка, Ойно­май же пре­сле­до­вал его воору­жен­ный, и если насти­гал жени­ха, то уби­вал на месте. Тот, кого он не смог бы настиг­нуть, мог взять Гип­по­да­мию в жены 30. Посту­пая таким обра­зом, Ойно­май убил мно­гих жени­хов (некото­рые ука­зы­ва­ют, что их было две­на­дцать). Голо­вы уби­тых Ойно­май отру­бал и при­би­вал гвоздя­ми к сво­е­му двор­цу.

(6) При­был и Пелопс, чтобы посва­тать­ся к Гип­по­да­мии. Пора­жен­ная его кра­сотой, Гип­по­да­мия влю­би­лась в него и уго­во­ри­ла Мир­ти­ла, сына Гер­ме­са, помочь Пелоп­су. Мир­тил же был воз­ни­чим Ойно­мая. (7) Любя Гип­по­да­мию и желая ей уго­дить, Мир­тил не укре­пил сту­пи­цы колес чека­ми, и это послу­жи­ло при­чи­ной пора­же­ния Ойно­мая 31. Кони пота­щи­ли его, запу­тав­ше­го­ся в вож­жах, и он погиб. Соглас­но дру­гим источ­ни­кам, его убил Пелопс. Уми­раю­щий Ойно­май, поняв пред­а­тель­ский посту­пок Мир­ти­ла, про­клял его, поже­лав ему погиб­нуть от руки Пелоп­са.

(8) Так Пелопс полу­чил Гип­по­да­мию. Про­ез­жая в одном месте вме­сте с Мир­ти­лом, кото­рый его сопро­вож­дал в этом путе­ше­ст­вии, Пелопс отлу­чил­ся, чтобы при­не­сти воды супру­ге, испы­ты­вав­шей жаж­ду. В этот момент Мир­тил попы­тал­ся овла­деть Гип­по­да­ми­ей. Пелопс узнал от Гип­по­да­мии о поступ­ке Мир­ти­ла и сбро­сил Мир­ти­ла у мыса Гере­ста в море: оно было назва­но по име­ни Мир­ти­ла Мир­той­ским 32. Падая, Мир­тил про­клял весь род Пелоп­са.

(9) После это­го Пелопс при­был к Оке­а­ну и был там очи­щен Гефе­стом от сквер­ны убий­ства. Оттуда он вер­нул­ся в Пису, кото­рая нахо­дит­ся в Элиде, и уна­сле­до­вал цар­ский пре­стол Ойно­мая. Он поко­рил стра­ну, кото­рая ранее име­но­ва­лась Апи­ей 33 и Пеласгио­ти­дой, назвав ее по сво­е­му име­ни Пело­пон­не­сом.

(10) Сыно­вья­ми Пелоп­са были Пит­тей, Атрей, Фиест и дру­гие34. Женой Атрея была Аэро­па, дочь Катрея, кото­рая всту­пи­ла в любов­ную связь с Фие­стом. Атрей неко­гда дал обет при­не­сти в жерт­ву Арте­ми­де луч­шую овцу, кото­рая родит­ся в его ста­дах. Но, как гово­рят, про­изо­шло так, что в его ста­дах родил­ся золо­той ягне­нок, и Атрей стал укло­нять­ся от выпол­не­ния обе­та. (11) Атрей заду­шил это­го ягнен­ка, спря­тал в ларец и там его хра­нил. Это­го ягнен­ка Аэро­па пода­ри­ла совра­тив­ше­му ее Фие­сту. Так как ора­кул пред­ска­зал жите­лям Микен, что они долж­ны избрать себе в цари потом­ка Пелоп­са, они посла­ли за Атре­ем и Фие­стом. Когда речь зашла о цар­ской вла­сти, Фиест объ­явил наро­ду, что цар­ская власть доста­нет­ся тому, кто обла­да­ет золотым ягнен­ком. Атрей согла­сил­ся на это усло­вие, и тогда Фиест, пока­зав ягнен­ка, воца­рил­ся в Мике­нах. (12) Но Зевс послал Гер­ме­са к Атрею и при­ка­зал дого­во­рить­ся с Фие­стом о том, что цар­ская власть доста­нет­ся Атрею в том слу­чае, если Гелиос совер­шит свой путь в обрат­ном направ­ле­нии. Фиест согла­сил­ся, и тогда Гелиос пре­вра­тил Восток в Запад. Так боже­ст­во пока­за­ло нече­стие Фие­ста. Атрей занял цар­ский пре­стол и изгнал Фие­ста 35.

(13) Позд­нее Атрей узнал о пре­лю­бо­де­я­нии и послал вест­ни­ка к Фие­сту, при­твор­но объ­яс­нив­шись в друж­бе и при­зы­вая его прий­ти и поми­рить­ся с ним. Когда же Фиест при­был, Атрей убил его сыно­вей от наяды — Аглая, Кал­ли­ле­он­та и Орхо­ме­на, несмот­ря на то что они иска­ли защи­ты у алта­ря Зев­са. Раз­ру­бив их тела на части, Атрей сва­рил мясо и подал Фие­сту, скрыв конеч­но­сти. После того как Фиест насы­тил­ся, Атрей пока­зал ему эти конеч­но­сти и изгнал из сво­ей стра­ны 36.

(14) Фиест, пере­би­рая все спо­со­бы ото­мстить Атрею, вопро­сил об этом ора­кул. Тот отве­тил, что мще­ние осу­ще­ст­вит­ся тогда, когда он поро­дит сына, сой­дясь с соб­ст­вен­ной доче­рью 37. Фиест испол­нил это и про­из­вел на свет Эги­ста. Когда Эгист вырос и узнал, что он сын Фие­ста, он убил Атрея и вер­нул Фие­сту цар­ст­во.

|Ц| (15) Кор­ми­ли­ца, взяв Ага­мем­но­на и Мене­лая, при­бы­ла к Поли­фиду, пра­вив­ше­му в Сики­оне, кото­рый в свою оче­редь ото­слал их к это­лий­цу Ойнею. Вско­ре после это­го Тин­да­рей вер­нул их обрат­но на роди­ну. Они заста­ви­ли Фие­ста, при­бег­нув­ше­го к защи­те алта­ря Геры, при­не­сти клят­ву и изгна­ли его в Кифе­рию, где он и посе­лил­ся. Оба они ста­ли зятья­ми Тин­да­рея, женив­шись на его доче­рях: Ага­мем­нон — на Кли­тем­не­стре, убив ее пер­во­го мужа Тан­та­ла, сына Фие­ста38, вме­сте с ребен­ком; Мене­лай же полу­чил в жены Еле­ну.

|С| (16) Ага­мем­нон воца­рил­ся в Мике­нах и женил­ся на доче­ри Тин­да­рея Кли­тем­не­стре, убив ее пер­во­го мужа Тан­та­ла, быв­ше­го сыном Фие­ста, вме­сте с ребен­ком. У Ага­мем­но­на родил­ся сын Орест и доче­ри Хри­со­фе­ми­да, Элек­тра и Ифи­ге­ния 39. Мене­лай женил­ся на Елене и стал пра­вить Спар­той, ибо Тин­да­рей усту­пил ему цар­скую власть.

III. (1) Позд­нее Еле­ну похи­тил Алек­сандр. Как гово­рят некото­рые, это слу­чи­лось по воле Зев­са, желав­ше­го, чтобы его дочь про­сла­ви­лась, вызвав вой­ну меж­ду Ази­ей и Евро­пой. Дру­гие же гово­рят, что это было сде­ла­но Зев­сом с целью воз­ве­ли­чить род полу­бо­гов. (2) По той или дру­гой при­чине |ЭС| Эрида бро­си­ла Гере, Афине и Афро­ди­те ябло­ко, являв­ше­е­ся награ­дой за кра­соту, и Зевс при­ка­зал Гер­ме­су при­ве­сти богинь на гору Иду к Алек­сан­дру, чтобы тот их рас­судил 40. Боги­ни ста­ли пред­ла­гать Алек­сан­дру дары. Гера ска­за­ла, что, если ей будет отда­но пред­по­чте­ние перед осталь­ны­ми, она пред­о­ста­вит Алек­сан­дру власть над все­ми людь­ми. Афи­на обе­ща­ла ему победу на войне, а Афро­ди­та — супру­же­ст­во Еле­ны. Алек­сандр отдал пред­по­чте­ние Афро­ди­те и отплыл в Спар­ту на кораб­ле, изготов­лен­ном Фере­к­лом 41. (3) Девять дней госте­при­им­но при­ни­мал Алек­сандра Мене­лай; но, когда Мене­лай на деся­тый день отпра­вил­ся на ост­ров Крит, чтобы похо­ро­нить сво­е­го деда с мате­рин­ской сто­ро­ны, Катрея 42, Алек­сандр уго­во­рил Еле­ну отплыть вме­сте с ним. Оста­вив девя­ти­лет­нюю дочь Гер­ми­о­ну и взяв из дома боль­шую часть иму­ще­ства, Еле­на ночью отплы­ла вме­сте с Алек­сан­дром. (4) Но Гера посла­ла им силь­ную бурю, и эта буря заста­ви­ла их при­стать к Сидо­ну. Опа­са­ясь пре­сле­до­ва­ния, Алек­сандр про­вел дли­тель­ное вре­мя в Фини­кии и на Кип­ре 43, и толь­ко когда он нашел, что опас­ность пре­сле­до­ва­ния мино­ва­ла, он при­был в Трою вме­сте с Еле­ной. (5) Но некото­рые 44 сооб­ща­ют, что Гер­мес, выпол­няя волю Зев­са, выкрал Еле­ну, при­вез ее в Еги­пет и отдал царю егип­тян Про­тею, чтобы тот ее охра­нял. Алек­сандр же при­был в Трою, имея с собой сотво­рен­ный из обла­ка при­зрак Еле­ны.

|С| (6) Мене­лай, как толь­ко узнал о похи­ще­нии сво­ей супру­ги, отпра­вил­ся в Мике­ны к Ага­мем­но­ну и стал про­сить его собрать вой­ско про­тив Трои, вер­буя вои­нов по всей Элла­де. Ага­мем­нон отпра­вил вест­ни­ка к каж­до­му царю, напо­ми­ная о при­не­сен­ной ими клят­ве 45 и сове­туя каж­до­му поду­мать о без­опас­но­сти соб­ст­вен­ной жены, гово­ря при этом, что оскорб­ле­ние нане­се­но всей Элла­де в целом. Готов­ность при­нять уча­стие в похо­де изъ­яви­ли мно­гие; посла­ли так­же за Одис­се­ем в Ита­ку. |ЭС| (7) Но Одис­сей не хотел при­ни­мать уча­стие в похо­де и при­тво­рил­ся безум­ным. Тогда Пала­мед, сын Нав­плия, изоб­ли­чил его в при­твор­ст­ве: он после­до­вал за Одис­се­ем, при­тво­рив­шим­ся безум­ным, и, ото­рвав Теле­ма­ха от груди Пене­ло­пы, стал вытас­ки­вать меч, буд­то бы с целью его убить. Боясь за сво­е­го сына, Одис­сей при­знал­ся, что безу­мие его было при­твор­ным, и при­нял уча­стие в похо­де 46.

|Э| (8) Одис­сей, захва­тив в плен фри­гий­ца, заста­вил его напи­сать пись­мо, ули­чаю­щее Пала­меда в измене: При­ам буд­то бы обра­щал­ся к Пала­меду. Спря­тав золо­то в палат­ке Пала­меда, Одис­сей кинул таб­лич­ку с пись­мом посреди лаге­ря. Ага­мем­нон про­чел это пись­мо и, най­дя золо­то, передал Пала­меда союз­ни­кам как пред­а­те­ля, чтобы те поби­ли его кам­ня­ми 47.

(9) Мене­лай вме­сте с Одис­се­ем и Тал­фи­би­ем при­был на Кипр к Кини­ру и стал убеж­дать его при­со­еди­нить­ся к союз­ни­кам. Кинир пода­рил пан­цирь отсут­ст­во­вав­ше­му Ага­мем­но­ну и поклял­ся в том, что пошлет пять­де­сят кораб­лей; но послал толь­ко один, кото­рым коман­до­вал… сын Мигда­ли­о­на, осталь­ные же он выле­пил из зем­ли и пустил в море 48.

(10) Доче­ри Ания, сына Апол­ло­на, Эла­ида, Спер­мо и Ойно были про­зва­ны Ойно­тро­фа­ми 49: Дио­нис ода­рил их спо­соб­но­стью тво­рить из зем­ли мас­ло, зла­ки и вино.

|С| (11) Вой­ско собра­лось в Авлиде. В чис­ле при­ни­мав­ших уча­стие в похо­де про­тив Трои были следу­ю­щие 50. От бео­тий­цев десять вождей, они при­ве­ли с собой сорок кораб­лей; от орхо­мен­цев четы­ре вождя, они при­ве­ли с собой трид­цать кораб­лей; от фокидян четы­ре вождя, они при­ве­ли с собой сорок кораб­лей; от локров — Эант, сын Оилея, он при­вел с собой сорок кораб­лей; от эвбе­ян — Эле­фе­нор, сын Хал­ко­дон­та и Алки­о­ны, он при­вел с собой сорок кораб­лей; от афи­нян — Мене­стей, он при­вел с собой пять­де­сят кораб­лей; от сала­мин­цев — Эант, сын Тела­мо­на, он при­вел с собой две­на­дцать кораб­лей; (12) от арги­вян — Дио­мед, сын Тидея, и его спут­ни­ки, они при­ве­ли восемь­де­сят кораб­лей; от микен­цев — Ага­мем­нон, сын Атрея и Аэро­пы, сто кораб­лей; от лакеде­мо­нян — Мене­лай, сын Атрея и Аэро­пы, шесть­де­сят кораб­лей; от пилос­цев — Нестор, сын Нелея и Хло­риды, сорок кораб­лей; от арка­дян — Ага­пе­нор, семь кораб­лей; от элей­цев — Амфи­мах и его спут­ни­ки, сорок кораб­лей; от жите­лей Дули­хия — Мегет, сын Филея, сорок кораб­лей; от жите­лей Кефал­ле­нии — Одис­сей, сын Лаэр­та и Анти­клеи, две­на­дцать кораб­лей; от это­лий­цев — Тоант, сын Анд­ре­мо­на и Гор­ги, он при­вел сорок кораб­лей. (13) От кри­тян — Идо­ме­ней, сын Дев­ка­ли­о­на, сорок кораб­лей; от родо­с­цев — Тле­по­лем, сын Герак­ла и Астио­хи, девять кораб­лей; от симей­цев — Нирей, сын Харо­па, три кораб­ля; от жите­лей Коса — Филипп и Антиф; сыно­вья Фес­са­ла, трид­цать кораб­лей. (14) От мир­мидон­цев — Ахил­лес, сын Пелея и Фети­ды, пять­де­сят кораб­лей; из Фила­ки — Про­те­си­лай, сын Ифик­ла, сорок кораб­лей; от ферей­цев — Эвмел, сын Адме­та, один­на­дцать кораб­лей; от оли­зо­нян — Фил­ок­тет, сын Пеан­та, семь кораб­лей; от эни­ан — Гуней, сын Оки­та, два­дцать два кораб­ля; от жите­лей Трик­ки — Пода­ли­рий <и Маха­он, сыно­вья Аскле­пия>, трид­цать кораб­лей; от орме­ний­цев — Эври­пил <сын Эве­мо­на>, сорок кораб­лей; от гир­то­ни­ян — Поли­пойт, сын Пири­тоя, трид­цать кораб­лей; от маг­не­тов — Протой, сын Тен­тредо­на, сорок кораб­лей. Общее чис­ло кораб­лей соста­ви­ло тыся­чу три­на­дцать. Вождей было сорок три чело­ве­ка, отрядов же все­го было трид­цать.

|ЭС| (15) Когда вой­ско нахо­ди­лось в Авлиде, была при­не­се­на жерт­ва Апол­ло­ну и с алта­ря к сто­яв­ше­му вбли­зи пла­та­ну устре­ми­лась змея. На пла­тане было гнездо, и змея, про­гло­тив восемь птен­цов вме­сте с девя­той мате­рью, пре­вра­ти­лась в камень. Кал­хант объ­явил, что это зна­ме­ние дано вои­нам по воле Зев­са; про­ник­нув в смысл это­го зна­ме­ния, он доба­вил, что Троя будет взя­та после деся­ти лет вой­ны51. Вои­ны ста­ли гото­вить­ся к отплы­тию, направ­ля­ясь в Трою. (16) Сам Ага­мем­нон коман­до­вал всем вой­ском, кораб­ли вел Ахил­лес, кото­ро­му в это вре­мя испол­ни­лось пят­на­дцать лет.

|Э| (17) Не зная мор­ско­го пути в Трою, вои­ны при­ста­ли к бере­гам Мисии и опу­сто­ши­ли ее, при­няв эту стра­ну за Трою. Царем мисий­цев был Телеф 52, сын Герак­ла; видя свою стра­ну опу­сто­ша­е­мой, он воору­жил мисий­цев и пре­сле­до­вал элли­нов до самой сто­ян­ки их кораб­лей. Телеф пере­бил мно­гих, и среди них ока­зал­ся и Тер­сандр, сын Поли­ни­ка, оста­но­вив­ший­ся во вре­мя отступ­ле­ния. Но Ахил­лес высту­пил про­тив Теле­фа, и тот, не усто­яв, побе­жал. Убе­гая от Ахил­ле­са, он запу­тал­ся в побе­гах вино­град­ной лозы и был ранен в бед­ро копьем.

(18) Поки­нув Мисию, элли­ны выплы­ли в откры­тое море, но нача­лась силь­ная буря, и они, ото­рвав­шись друг от дру­га, при­ча­ли­ли каж­дый к сво­им род­ным бере­гам. Так как элли­ны вер­ну­лись, то счи­та­ет­ся, что вой­на дли­лась два­дцать лет: ведь после похи­ще­ния Еле­ны элли­ны лишь на вто­рой год закон­чи­ли свои при­готов­ле­ния к похо­ду про­тив Трои, а после их воз­вра­ще­ния из Мисии в Элла­ду про­шло восемь лет, пока они вновь не собра­лись в Арго­се и при­бы­ли в Авлиду 53.
(19) После того как они вновь собра­лись в Арго­се, по исте­че­нии ука­зан­ных вось­ми лет они ока­за­лись перед вели­кой труд­но­стью, мешав­шей им отплыть: у них не было вождя, кото­рый был бы в состо­я­нии ука­зать им мор­ской путь в Трою.

(20) Меж­ду тем Телеф из Мисии, стра­дая от неиз­ле­чи­мой раны, полу­чил от Апол­ло­на ука­за­ние, что изле­чит­ся толь­ко тогда, когда вра­че­ва­те­лем высту­пит чело­век, кото­рый его ранил. Оде­тый в лох­мо­тья, он при­был в Аргос и стал про­сить Ахил­ле­са о помо­щи, пообе­щав ука­зать мор­ской путь в Трою. Ахил­лес исце­лил его, соскоб­лив ржав­чи­ну с копья, выруб­лен­но­го на горе Пели­оне 54. Исце­лен­ный таким обра­зом Телеф ука­зал мор­ской путь 55, и пра­виль­ность его ука­за­ний была под­твер­жде­на про­ри­ца­те­лем Кал­хан­том.

(21) После того как они выплы­ли из Аргоса и вто­рич­но при­бы­ли в Авлиду, |ЭС| поход был задер­жан небла­го­при­ят­ной пого­дой. Тогда Кал­хант ска­зал, что они не смо­гут пустить­ся в пла­ва­ние, пока не при­не­сут в жерт­ву Арте­ми­де самую кра­си­вую из доче­рей Ага­мем­но­на; боги­ня же гне­ва­ет­ся на Ага­мем­но­на за то, что он, пора­зив на охо­те оле­ня, ска­зал: «Даже сама Арте­ми­да не смог­ла бы…»; дру­гой при­чи­ной гне­ва Арте­ми­ды было то, что Атрей не при­нес ей в жерт­ву золо­то­го ягнен­ка.

(22) Полу­чив такое про­ри­ца­ние, Ага­мем­нон послал к Кли­тем­не­стре Одис­сея и Тал­фи­бия, про­ся при­слать Ифи­ге­нию и сослав­шись при этом на свое обе­ща­ние выдать ее замуж за Ахил­ле­са в награ­ду за то, что он согла­сил­ся при­нять уча­стие в похо­де. |С| Когда Кли­тем­не­стра при­сла­ла ее, Ага­мем­нон под­вел ее к алта­рю и уже собрал­ся зако­лоть, но |ЭС| Арте­ми­да похи­ти­ла ее и пере­нес­ла к тав­рам, сде­лав Ифи­ге­нию сво­ей жри­цей. Вме­сто нее боги­ня под­ве­ла к алта­рю оле­ня. |С| Как гово­рят некото­рые, Арте­ми­да сде­ла­ла Ифи­ге­нию бес­смерт­ной 56.

|Э| (23) Выплыв из Авлиды в откры­тое море, они при­ча­ли­ли к ост­ро­ву Тенедо­су. Царем это­го ост­ро­ва был Тенес, сын Кик­на и Про­клии; некото­рые назы­ва­ют его сыном Апол­ло­на. Тенес был изгнан сво­им отцом и посе­лил­ся здесь 57. (24) Кикн, уже имея от Про­клии, доче­ри Лао­медон­та, сына Тене­са и дочь Геми­тею, женил­ся еще на Фило­но­ме, доче­ри Тра­га­са. Эта жен­щи­на влю­би­лась в Тене­са, но не смог­ла его соблаз­нить. Тогда она обра­ти­лась к Кик­ну и лож­но обви­ни­ла Тене­са в том, что тот ее совра­тил, пред­ста­вив свиде­те­лем пре­ступ­ле­ния флей­ти­ста по име­ни Эвмолп. (25) Кикн пове­рил ей, заклю­чил Тене­са вме­сте с его сест­рой в ящик и бро­сил в море. Ящик выбро­си­ло вол­на­ми на ост­ров Лев­коф­рию. Вый­дя нару­жу, Тенес посе­лил­ся там и назвал ост­ров по сво­е­му име­ни Тенедо­сом. Позд­нее Кикн узнал прав­ду и при­ка­зал флей­ти­ста побить кам­ня­ми, а жену он живой зако­пал в зем­лю.

(26) Тенес, увидев элли­нов, под­плы­ваю­щих к Тенедо­су, стал пре­пят­ст­во­вать их высад­ке, бро­сая в них кам­ни. Но его убил Ахил­лес, уда­рив его мечом в грудь, несмот­ря на то, что Фети­да пред­о­сте­ре­га­ла Ахил­ле­са, чтобы он Тене­са не уби­вал: если он это сде­ла­ет, то сам погибнет от руки Апол­ло­на. (27) Когда элли­ны поз­же ста­ли совер­шать жерт­во­при­но­ше­ние Апол­ло­ну, с алта­ря сполз­ла водя­ная змея и уку­си­ла Фил­ок­те­та. Рана ока­за­лась неиз­ле­чи­мой; она изда­ва­ла отвра­ти­тель­ный запах, кото­рый вой­ско было не в силах выне­сти. Тогда Одис­сей по при­ка­зу Ага­мем­но­на выса­дил Фил­ок­те­та на ост­ро­ве Лем­но­се вме­сте с при­над­ле­жав­ши­ми Фил­ок­те­ту луком и стре­ла­ми Герак­ла. Фил­ок­тет стал там охо­тить­ся за пти­ца­ми и таким обра­зом добы­вал себе про­пи­та­ние в этой пустын­ной мест­но­сти 58.

|ЭС| (28) Выплыв от Тенедо­са в откры­тое море, элли­ны под­плы­ли к Трое. Одис­сея и Мене­лая они высла­ли впе­ред с тем, чтобы они потре­бо­ва­ли от тро­ян­цев воз­вра­ще­ния Еле­ны и иму­ще­ства. Но тро­ян­цы, собрав­шись на собра­ние, не толь­ко отка­за­лись вер­нуть Еле­ну, но хоте­ли убить послов. (29) Их спас Анте­нор 59, а элли­ны, раз­гне­ван­ные высо­ко­ме­ри­ем вар­ва­ров, пол­но­стью воору­жи­лись и напра­ви­ли кораб­ли про­тив них. Фети­да пред­о­сте­рег­ла Ахил­ле­са, чтобы он с кораб­ля пер­вым не схо­дил, ибо сошед­ший пер­вым дол­жен будет пер­вым и погиб­нуть. |С| Меж­ду тем вар­ва­ры, узнав, что к их бере­гам при­бли­жа­ет­ся флот, воору­жи­лись устре­ми­лись к бере­гу и ста­ли бро­сать кам­ни, пре­пят­ст­вуя высад­ке.

|ЭС| (30) Пер­вым из элли­нов сошел с кораб­ля на берег Про­те­си­лай. Убив нема­лое чис­ло вар­ва­ров, он погиб и сам от руки Гек­то­ра 60. Жена его Лаода­мия про­дол­жа­ла любить мужа и после его смер­ти: она изгото­ви­ла ста­тую, похо­жую на Про­те­си­лая, и обща­лась с ней. |Э| Боги пожа­ле­ли ее, и Гер­мес вывел Про­те­си­лая из Аида на зем­лю. Увидев его, Лаода­мия обра­до­ва­лась, решив, что он вер­нул­ся из Трои; но когда его обрат­но отве­ли в Аид, она покон­чи­ла жизнь само­убий­ст­вом 61.

|С| (31) После гибе­ли Про­те­си­лая Ахил­лес выса­дил­ся вме­сте с мир­мидон­ца­ми, и мет­нув камень в голо­ву Кик­на, убил его. Когда вар­ва­ры увиде­ли Кик­на мерт­вым, они кину­лись бежать в город, а элли­ны, выпры­ги­вая из судов, пре­сле­до­ва­ли их, и рав­ни­на покры­лась тру­па­ми. Запе­рев тро­ян­цев в горо­де, элли­ны ста­ли его оса­ждать; (32) кораб­ли же они выта­щи­ли на зем­лю. Вар­ва­ры соблюда­ли осто­рож­ность, но Ахил­лес под­сте­рег из заса­ды Тро­и­ла и убил его в хра­ме Апол­ло­на Тим­б­рей­ско­го 62. Подой­дя ночью к горо­ду, он захва­тил Лика­о­на 63. Затем Ахил­лес взял с собой несколь­ких отваж­ных вои­нов и стал опу­сто­шать стра­ну, дой­дя до горы Иды, чтобы захва­тить там ста­да Энея. Тот бежал, а Ахил­лес, пере­бив пас­ту­хов вме­сте с Место­ром, сыном При­а­ма, угнал коров64. (33) Он захва­тил Лес­бос, Фокею, затем Коло­фон, Смир­ну, Кла­зо­ме­ны и Киму, а после них Эги­ал и Тенос, так назы­ва­е­мое Сто­гра­дье. Вслед за ними он взял Адра­ми­тий и Сиду, затем Эндий, Линей и Коло­ну. Захва­тил он так­же Гипо­пла­кий­ские Фивы и Лир­несс, Антандр и мно­гие дру­гие горо­да.

(34) Про­шло девять лет, и на помощь тро­ян­цам при­бы­ли союз­ни­ки 65. От окру­жаю­щих Трою горо­дов при­был Эней, сын Анхи­са, и с ним Архе­лох и Ака­мант, сыно­вья Анте­но­ра и Теа­но, воз­глав­ляв­шие дар­дан­цев; от фра­кий­цев Ака­мант, сын Эвсо­ра; от кико­нов Эвфем, сын Тре­зе­на; от пео­нов Пирехм; от пафла­гон­цев Пиле­мен, сын Бил­са­та; (35) из Зелии Пан­дар, сын Лика­о­на; из Адрас­тии Адраст и Амфий, сыно­вья Меро­па; из Ари­сбы Асий, сын Гир­та­ка; из Лариссы Гип­потой, сын Пелас­га; из Мисии Хро­мий и Энном, сыно­вья Арси­ноя; от али­зо­нов Одий и Эпи­строф, сыно­вья Меки­стея; от фри­гий­цев Фор­кис и Аска­ний, сыно­вья Аре­та­о­на; от мео­ний­цев Местл и Антиф, сыно­вья Тале­ме­на; от карий­цев Настес и Амфи­мах, сыно­вья Номи­о­на; от ликий­цев Сар­пе­дон, сын Зев­са, и Главк, сын Гип­по­ло­ха.

IV. (1) Ахил­лес не при­ни­мал уча­стия в сра­же­ни­ях, гне­ва­ясь из-за Бри­се­иды… доче­ри жре­ца Хри­са66. Поэто­му вар­ва­ры осме­ле­ли и сде­ла­ли вылаз­ку из горо­да. Алек­сандр сра­зил­ся в поедин­ке с Мене­ла­ем, и, когда Мене­лай стал брать верх, Афро­ди­та похи­ти­ла Алек­сандра с поля боя. Пан­дар выстре­лил из лука в Мене­лая и нару­шил пере­ми­рие.

|Э| (2) Дио­мед, совер­шив ряд подви­гов, ранил Афро­ди­ту, при­шед­шую на помощь Энею; когда же он столк­нул­ся с Глав­ком, то вспом­нил о друж­бе, свя­зы­вав­шей их отцов, и поме­нял­ся с ним ору­жи­ем. |ЭС| Когда Гек­тор стал вызы­вать само­го доб­лест­но­го сра­зить­ся с ним в поедин­ке, боль­шое чис­ло вои­нов изъ­яви­ло жела­ние высту­пить про­тив него и выбор по жре­бию пал на Эан­та, доб­лест­но с ним сра­зив­ше­го­ся. Но с наступ­ле­ни­ем ночи гла­ша­таи раз­ве­ли бой­цов.

|С| (3) Элли­ны постро­и­ли сте­ну и ров, чтобы защи­тить кора­бель­ную сто­ян­ку; когда же на рав­нине нача­лось сра­же­ние, тро­ян­цы ста­ли пре­сле­до­вать элли­нов до само­го вала. Тогда элли­ны отпра­ви­ли к Ахил­ле­су посла­ми Одис­сея, Феник­са и Эан­та, кото­рые ста­ли про­сить его о помо­щи, обе­щая отдать Бри­се­иду и дру­гие дары. (4) С наступ­ле­ни­ем ночи элли­ны высла­ли раз­вед­чи­ков — Одис­сея и Дио­меда. Они уби­ли Доло­на, сына Эвме­ла, а так­же фра­кий­ца Реса, кото­рый при­был в каче­ст­ве тро­ян­ско­го союз­ни­ка за день до это­го и рас­по­ло­жил­ся лаге­рем на некото­ром рас­сто­я­нии от тро­ян­цев и Гек­то­ра, еще не успев при­нять уча­стия в сра­же­нии. Одис­сей и Дио­мед уби­ли так­же две­на­дцать вои­нов, кото­рые спа­ли рядом с Ресом, а коней уве­ли к сво­им кораб­лям 67. (5) Днем же про­изо­шло оже­сто­чен­ное сра­же­ние, в кото­ром были ране­ны Ага­мем­нон, Дио­мед, Одис­сей, Эври­пил и Маха­он, и элли­ны обра­ти­лись в бег­ст­во. Гек­тор, про­де­лав брешь в стене, ворвал­ся на кора­бель­ную сто­ян­ку и, после того как Эант отсту­пил, зажег кораб­ли.

(6) Когда Ахил­лес увидел, как заго­рел­ся корабль Про­те­си­лая, он выслал в бой Патрок­ла с мир­мидон­ца­ми, дав ему свои доспе­хи и коней. Тро­ян­цы увиде­ли Патрок­ла и, при­няв его за Ахил­ле­са, обра­ти­лись в бег­ст­во. Патрокл пре­сле­до­вал их до город­ской сте­ны и мно­гих убил, в том чис­ле и Сар­пе­до­на, сына Зев­са, но сам был убит Гек­то­ром, будучи еще до это­го ранен Эвфор­бом. (7) Из-за тела Патрок­ла раз­го­ре­лось оже­сто­чен­ное сра­же­ние; Эант, совер­шив ряд подви­гов, едва смог спа­сти тело. Ахил­лес оста­вил свой гнев и полу­чил Бри­се­иду. После того как ему при­нес­ли пол­ное воору­же­ние от Гефе­ста, он надел на себя доспе­хи, высту­пил в бой и про­гнал тро­ян­цев до реки Ска­манд­ра. Там он убил мно­гих из них, в том чис­ле Асте­ро­пея, сына Пеле­го­на, сына реки Аксия. Разъ­ярен­ная река рину­лась про­тив Ахил­ле­са, но Гефест иссу­шил пото­ки реки, мет­нув в нее мощ­ное пла­мя. Ахил­лес убил Гек­то­ра в поедин­ке и, при­вя­зав его тело за лодыж­ки к колес­ни­це, повлек по зем­ле вплоть до самой сто­ян­ки кораб­лей. Похо­ро­нив Патрок­ла, Ахил­лес устро­ил поми­наль­ные состя­за­ния. В этих состя­за­ни­ях победил Дио­мед в беге колес­ниц, Эпей — в кулач­ном бою, Эант и Одис­сей — в борь­бе. После состя­за­ний При­ам при­шел к Ахил­ле­су, выку­пил тело Гек­то­ра и похо­ро­нил его.

|Э| V. (1) Пен­те­си­лея, дочь Отре­ры и Аре­са, неча­ян­но уби­ла Иппо­ли­ту и была очи­ще­на от сквер­ны убий­ства При­а­мом. В про­ис­шед­шем сра­же­нии она уби­ла мно­гих, в том чис­ле и Маха­о­на, но поз­же погиб­ла от руки Ахил­ле­са; он влю­бил­ся в ама­зон­ку после ее смер­ти и убил Тер­си­та, обру­шив­ше­го­ся на него с бра­нью 68.

(2) Иппо­ли­та была мате­рью Иппо­ли­та, она же — Глав­ка и Мела­нип­па. Когда справ­ля­лась свадь­ба Фед­ры, она появи­лась в пол­ном воору­же­нии вме­сте со сво­и­ми ама­зон­ка­ми и заяви­ла, что убьет всех при­сут­ст­ву­ю­щих на пир­ше­ст­ве у Тесея. В начав­шем­ся сра­же­нии погиб­ла она сама пото­му ли, что ее неча­ян­но пора­зи­ла ее союз­ни­ца Пен­те­си­лея, или она погиб­ла от руки Тесея, или же люди Тесея, увидев, что ама­зон­ки напа­да­ют, быст­ро запер­ли все две­ри, и захва­тив Иппо­ли­ту внут­ри зда­ния, уби­ли ее 69.

|ЭС| (3) Мем­нон, сын Тифо­на и Эос, с боль­шим вой­ском эфи­о­пов при­был под Трою, чтобы при­нять уча­стие в сра­же­нии про­тив элли­нов. Он убил мно­гих из элли­нов, в том чис­ле и Анти­ло­ха, но погиб и сам от руки Ахил­ле­са 70. Пре­следуя тро­ян­цев, Ахил­лес был пора­жен в лодыж­ку стре­лой Алек­сандра и Апол­ло­на у Скей­ских ворот 71. (4) Из-за тела Ахил­ле­са нача­лось сра­же­ние: Эант убил Глав­ка и дал отне­сти воору­же­ние Ахил­ле­са к кораб­лям, сам же под­нял тело и вынес его из сечи, в то вре­мя как Одис­сей отби­вал натиск вра­гов. |С| (5) Смерть Ахил­ле­са поверг­ла все вой­ско в уны­ние. |ЭС| Похо­ро­ни­ли его на Белом ост­ро­ве вме­сте с Патро­к­лом, сме­шав их кости72. Гово­рят, что Ахил­лес после смер­ти, нахо­дясь на Ост­ро­вах Бла­жен­ных, женил­ся на Медее 73. |С| В его честь устро­и­ли состя­за­ния, в кото­рых Эвмел одер­жал победу на колес­ни­це, Дио­мед — в беге, Эант — в мета­нии дис­ка, Тевкр — в стрель­бе из лука 74. |ЭС| (6) Было реше­но все воору­же­ние Ахил­ле­са отдать в награ­ду само­му доб­лест­но­му, и из-за него всту­пи­ли в спор Эант и Одис­сей. |С| В каче­ст­ве судей высту­пи­ли тро­ян­цы, а по иным сооб­ще­ни­ям — союз­ни­ки, |ЭС| и пред­по­чте­ние было отда­но Одис­сею. Оби­жен­ный Эант заду­мал ночью напасть на свое вой­ско, но Афи­на, все­лив в него безу­мие, напра­ви­ла его, уже под­няв­ше­го меч, на ста­да скота. В сво­ем безу­мии он стал уби­вать живот­ных и пас­ту­хов, при­ни­мая их за ахей­цев. (7) Позд­нее к нему вер­нул­ся рас­судок, и он покон­чил само­убий­ст­вом 75. Ага­мем­нон запре­тил пред­а­вать его тело огню, и Эант един­ст­вен­ным из всех, кто погиб под Тро­ей, был похо­ро­нен в гро­бу. Моги­ла его нахо­дит­ся в Рой­тее.

|Э| (8) Когда уже про­шло десять лет вой­ны и элли­ны пали духом, |ЭС| Кал­хант вещал, что Троя не может быть взя­та без помо­щи лука и стрел Герак­ла. Услы­шав это. Одис­сей в сопро­вож­де­нии Дио­меда отпра­вил­ся к Фил­ок­те­ту на Лем­нос, овла­дел при помо­щи хит­ро­сти луком и стре­ла­ми Герак­ла и убедил Фил­ок­те­та отплыть под Трою. Фил­ок­тет отпра­вил­ся туда и, после того как его исце­лил Пода­ли­рий, выстре­лом из лука убил Алек­сандра 76. (9) После смер­ти Алек­сандра Гелен и Деи­фоб заспо­ри­ли из-за пра­ва женить­ся на Елене. Так как пред­по­чте­ние было отда­но Деи­фо­бу, Гелен оста­вил Трою и посе­лил­ся на горе Иде 77. Но когда Кал­хант сооб­щил, что Гелен зна­ет ора­ку­лы, охра­ня­ю­щие город Трою, Одис­сей под­сте­рег его из заса­ды, захва­тил в плен и при­вел в лагерь 78.

(10) Здесь Геле­на заста­ви­ли рас­ска­зать, как мож­но взять Или­он, и он сооб­щил следу­ю­щее: во-пер­вых, если оса­ждаю­щим будут достав­ле­ны кости Пелоп­са, во-вто­рых, если в сра­же­ни­ях будет участ­во­вать Неопто­лем, в-тре­тьих, если будет выкра­ден из горо­да упав­ший с неба Пал­ла­дий 79, при нахож­де­нии кото­ро­го в горо­де взять Трою невоз­мож­но.

(11) Услы­шав это, элли­ны при­вез­ли кости Пелоп­са, а Одис­сея и Феник­са отпра­ви­ли на ост­ров Ски­рос к Лико­меду; там они убеди­ли Лико­меда отпу­стить Неопто­ле­ма 80. Неопто­лем при­был к вой­ску, взял у Одис­сея доб­ро­воль­но им отдан­ное ору­жие отца и убил мно­же­ст­во тро­ян­цев. (12) Позд­нее на помощь тро­ян­цам при­был Эври­пил, сын Теле­фа, при­ведя с собой боль­шое вой­ско мисий­цев. После того как Эври­пил совер­шил ряд подви­гов, Неопто­лем его убил 81. (13) Одис­сей же вме­сте с Дио­медом ночью отпра­вил­ся к горо­ду и оста­вил здесь Дио­меда, сам же обез­обра­зил себя и надел нищен­ский наряд: не узнан­ный никем, он вошел в город под видом нище­го. После того как Еле­на его узна­ла, он с ее помо­щью выкрал Пал­ла­дий, убил мно­гих из чис­ла охра­няв­ших его тро­ян­цев и вме­сте с Дио­медом доста­вил Пал­ла­дий к кораб­лям 82.

(14) Позд­нее он при­ду­мал постро­ить дере­вян­но­го коня и пред­ло­жил изгото­вить его Эпею, кото­рый был стро­и­те­лем 83. Тот загото­вил лес на горе Иде и сде­лал коня, поло­го изнут­ри и с отвер­сти­ем в боку. Одис­сей убедил пять­де­сят (а как сооб­ща­ет автор «Малой Или­а­ды», три тыся­чи) луч­ших вои­нов вой­ти в коня; осталь­ные же вои­ны долж­ны были с наступ­ле­ни­ем ночи сжечь свои палат­ки, выплыть в море к Тенедо­су и стать там на якорь в заса­де. С наступ­ле­ни­ем следу­ю­щей ночи они долж­ны были вер­нуть­ся обрат­но. (15) Те пови­но­ва­лись и поса­ди­ли луч­ших из вои­нов внутрь коня, поста­вив во гла­ве послед­них Одис­сея, а на коне начер­та­ли следу­ю­щую над­пись: «Бла­го­по­луч­но воз­вра­тив­шись домой, элли­ны посвя­ти­ли это бла­годар­ст­вен­ное при­но­ше­ние богине Афине». Сами же они зажгли свои палат­ки и отплы­ли ночью к Тенедо­су, где ста­ли на якорь в заса­де. На месте преж­ней сто­ян­ки они оста­ви­ли Сино­на, кото­рый дол­жен был подать им знак зажжен­ным факе­лом.

(16) Когда насту­пил день, тро­ян­цы увиде­ли лагерь элли­нов опу­стев­шим; сочтя, что вра­ги убе­жа­ли, они, обра­до­ван­ные, пота­щи­ли коня и, поста­вив его у двор­ца При­а­ма, ста­ли сове­щать­ся о том, что над­ле­жит с ним сде­лать. (17) После того как Кас­сандра ска­за­ла, что внут­ри него сидят воору­жен­ные вои­ны и к ней при­со­еди­нил­ся про­ри­ца­тель Лаоко­онт, некото­рые пред­ло­жи­ли его сжечь, дру­гие же сове­то­ва­ли сбро­сить его в про­пасть 84. Но боль­шин­ст­во тро­ян­цев реши­ло посвя­тить его богам, и, при­не­ся жерт­ву, они ста­ли пиро­вать. (18) Апол­лон, одна­ко, подал им зна­ме­ние: с близ­ле­жа­щих ост­ро­вов две змеи пере­плы­ли море и погло­ти­ли сыно­вей Лаоко­он­та 85. (19) Когда же насту­пи­ла ночь и все погру­зи­лись в сон, элли­ны от Тенедо­са под­плы­ли бли­же и Синон зажег для них факел на моги­ле Ахил­ле­са 86. Еле­на же, подой­дя к коню, ста­ла звать витя­зей, под­ра­жая голо­су жены каж­до­го из них, и, когда Антикл захо­тел отве­тить, Одис­сей зажал ему рот 87. (20) Затем, убедив­шись, что вра­ги засну­ли, сидев­шие внут­ри коня вои­ны откры­ли отвер­стие и в пол­ном воору­же­нии ста­ли выхо­дить. Пер­вым выпрыг­нул Эхи­он, сын Пор­тея, и сра­зу же погиб; осталь­ные же, обвя­зав­шись верев­кой, взо­бра­лись на сте­ны и, открыв ворота, впу­сти­ли при­плыв­ших от Тенедо­са элли­нов. (21) Вой­дя в город с ору­жи­ем в руках, они ста­ли захо­дить в дома и уби­вать спя­щих. Неопто­лем убил При­а­ма, при­бег­нув­ше­го к защи­те алта­ря Зев­са Оград­но­го 88.

|Э| Глав­ка, сына Анте­но­ра, укрыв­ше­го­ся в сво­ем доме, опо­зна­ли и спас­ли Одис­сей и Мене­лай, зай­дя туда с ору­жи­ем в руках 89. Эней бежал, неся на спине Анхи­са, сво­е­го отца, и элли­ны про­пу­сти­ли его, ува­жая его бла­го­че­стие 90. |ЭС| (22) Мене­лай, убив Деи­фо­ба, повел Еле­ну к кораб­лям 91. Этру, мать Тесея, уве­ли сыно­вья Тесея |Э| Демо­фонт и Ака­мант; как гово­рят, они тоже позд­нее при­бы­ли под Трою 92. Кас­сандра иска­ла защи­ту, охва­тив дере­вян­ную ста­тую Афи­ны, но под­верг­лась наси­лию локрий­ца Эан­та. По этой при­чине, гово­рят, эта ста­туя име­ет гла­за, обра­щен­ные к небу 93.

|ЭС| (23) Пере­бив тро­ян­цев, элли­ны зажгли город и поде­ли­ли меж­ду собой добы­чу. После это­го они при­нес­ли жерт­вы всем богам и сбро­си­ли Асти­а­на­к­са с баш­ни, а Полик­се­ну зако­ло­ли на моги­ле Ахил­ле­са 94. В каче­ст­ве почет­ной награ­ды Ага­мем­нон взял себе Кас­сан­дру, Неопто­лем полу­чил Анд­ро­ма­ху, а Одис­сей — Гека­бу. Но некото­рые рас­ска­зы­ва­ют, что ее взял Гелен и пере­пра­вил­ся вме­сте с ней в Хер­со­нес. Там он похо­ро­нил ее после того, как она пре­вра­ти­лась в соба­ку: поэто­му это место теперь назы­ва­ет­ся Кинос­се­ма 95. Лаоди­ку, кото­рая была самой кра­си­вой из доче­рей При­а­ма, погло­ти­ла зем­ля у всех на гла­зах. И когда элли­ны, опу­сто­шив Трою, уже соби­ра­лись отплыть, их задер­жал Кал­хант, ска­зав­ший, что Афи­на раз­гне­ва­на на них вслед­ст­вие свя­тотат­ства Эан­та. |ЭС| Они едва не уби­ли Эан­та, но он при­бег­нул к защи­те алта­ря, и его поща­ди­ли 96.

|С| VI. (1) После все­го это­го было созва­но собра­ние, на кото­ром всту­пи­ли в спор Ага­мем­нон и Мене­лай. Мене­лай тре­бо­вал немед­лен­но­го отплы­тия, тогда как Ага­мем­нон наста­и­вал на том, чтобы остать­ся и при­не­сти жерт­ву богине Афине.

|ЭС| Дио­мед, Нестор и Мене­лай вме­сте выплы­ли в откры­тое море. Пла­ва­ние Несто­ра и Дио­меда было счаст­ли­вым, Мене­лай же попал в бурю и, поте­ряв почти весь свой флот, толь­ко с пятью суда­ми при­был в Еги­пет 97.

(2) Амфи­лох, Кал­хант, Леон­тей, Пода­ли­рий и Поли­пойт оста­ви­ли свои кораб­ли в Или­оне и отпра­ви­лись в Коло­фон по суше. Там они пред­а­ли погре­бе­нию тело про­ри­ца­те­ля Кал­хан­та 98. Ему было пред­ска­за­но, что он умрет, если встре­тит про­ри­ца­те­ля, более искус­но­го, чем он сам. (3) И вот их радуш­но при­нял про­ри­ца­тель Мопс, кото­рый был сыном Апол­ло­на и Ман­то. Этот-то Мопс и стал состя­зать­ся с Кал­хан­том в искус­ст­ве про­ри­ца­ния. В этом месте рос­ла дикая смо­ков­ни­ца, и когда Кал­хант задал вопрос: «Сколь­ко смокв при­но­сит это дере­во?», Мопс отве­тил: «Десять тысяч, да еще один медимн, и еще сверх того одну смок­ву». Так ока­за­лось и на самом деле. (4) Но когда Мопс спро­сил у Кал­хан­та о супо­ро­сой сви­нье, сколь­ко поро­сят у нее в утро­бе и когда она опо­ро­сит­ся, |С| тот отве­тил: «Восемь». Тогда Мопс улыб­нул­ся и ска­зал: «Кал­хант далек от под­лин­но­го искус­ства про­ри­ца­ния; я же, явля­ясь сыном Апол­ло­на и Ман­то, обла­даю в выс­шей сте­пе­ни зор­ко­стью точ­но­го про­ро­че­ст­во­ва­ния. Поэто­му я утвер­ждаю, что в утро­бе у сви­ньи не восемь, как ска­зал Кал­хант, а девять поро­сят и все они сам­цы. Зав­тра сви­нья безот­ла­га­тель­но опо­ро­сит­ся в шестом часу». |ЭС| Когда все пред­ска­зан­ное Моп­сом дей­ст­ви­тель­но сбы­лось, Кал­хант от огор­че­ния умер |С| и был похо­ро­нен у мыса Нотия 99.

(5) Ага­мем­нон, при­не­ся жерт­ву, отплыл и при­ча­лил к Тенедо­су; Неопто­ле­ма же появив­ша­я­ся Фети­да убеди­ла подо­ждать еще два дня и при­не­сти жерт­ву, и тот остал­ся. Дру­гие, выплыв в откры­тое море, попа­ли в бурю у Тено­са, ибо Афи­на упро­си­ла Зев­са наслать бурю на элли­нов. Мно­гие кораб­ли элли­нов пошли ко дну.

|ЭС| (6) Афи­на мет­ну­ла перун в корабль Эан­та. Суд­но раз­ру­ши­лось, сам же Эант спас­ся, уце­пив­шись за ска­лу. При этом Эант ска­зал, что спа­се­ние при­шло к нему про­тив воли Афи­ны. Тогда Посей­дон уда­рил тре­зуб­цем в ска­лу и рас­ко­лол ее, Эант же упал в море и погиб. Тело его, выбро­шен­ное вол­на­ми, пред­а­ла погре­бе­нию Фети­да на Миконе 100.

(7) Когда флот осталь­ных элли­нов при­бли­зил­ся ночью к Эвбее, Нав­плий зажег факел на горе Кафе­рее. Элли­ны реши­ли, что это сде­ла­ли некото­рые из чис­ла тех, кто спас­ся после бури, и ста­ли под­плы­вать. Но у Кафе­рей­ских скал кораб­ли раз­би­лись, и мно­гие погиб­ли 101. |Э| (8) Про­изо­шло это пото­му, что Пала­мед, сын Нав­плия и Кли­ме­ны, доче­ри Катрея, был вслед­ст­вие ковар­но­го поступ­ка Одис­сея забит до смер­ти кам­ня­ми 102. Узнав об этом, Нав­плий при­плыл к элли­нам и стал тре­бо­вать удо­вле­тво­ре­ния за гибель сына. (9) Но ниче­го не добив­шись, ибо все элли­ны хоте­ли уго­дить царю Ага­мем­но­ну, кото­рый вме­сте с Одис­се­ем погу­бил Пала­меда, он вер­нул­ся и стал объ­ез­жать на кораб­ле насе­лен­ные элли­на­ми зем­ли, побуж­дая жен элли­нов изме­нять сво­им мужьям: Кли­тем­не­стру с Эги­стом; Эги­а­лею с Коме­том, сыном Сфе­не­ла; Меду, жену Идо­ме­нея, с Лев­ком. (10) Но Левк затем убил ее вме­сте с ее доче­рью Кли­си­ти­рой, бежав­шей под защи­ту хра­ма; отде­лив себе десять горо­дов, он стал тира­ном на Кри­те 103. После Тро­ян­ской вой­ны он изгнал и Идо­ме­нея, выса­див­ше­го­ся на этом ост­ро­ве. (11) Все это было совер­ше­но Нав­пли­ем ранее. Позд­нее же, узнав, что элли­ны воз­вра­ща­ют­ся к себе на роди­ну, он зажег сиг­наль­ный огонь на горе Кафе­рее, кото­рая ныне назы­ва­ет­ся Кси­ло­фаг. Элли­ны, пола­гая, что здесь нахо­дит­ся гавань, ста­ли при­ста­вать к бере­гу в этом месте и потер­пе­ли кораб­ле­кру­ше­ние.

(12) Про­ведя на Тенедо­се по сове­ту Фети­ды два дня, Неопто­лем отпра­вил­ся по суше к молос­сам, сопро­вож­да­е­мый Геле­ном. По доро­ге умер Феникс, и Неопто­лем похо­ро­нил его. Одер­жав в сра­же­нии победу над молос­са­ми, Неопто­лем стал царем этой стра­ны. От Анд­ро­ма­хи у него родил­ся сын Молосс. (13) Гелен же, осно­вав в Молос­сии город, посе­лил­ся там, и Неопто­лем дал ему в жены свою мать Деида­мию104. После того как Пелей был изгнан из Фтии сыно­вья­ми Ака­ста 105 и скон­чал­ся, Неопто­лем уна­сле­до­вал при­над­ле­жав­шую его отцу цар­скую власть. (14) Когда Орест впал в безу­мие, Неопто­лем похи­тил его жену Гер­ми­о­ну, с кото­рой он был преж­де помолв­лен в Трое 106; за это он был убит в Дель­фах Оре­стом 107. Некото­рые рас­ска­зы­ва­ют, что Неопто­лем, при­дя в Дель­фы, стал тре­бо­вать от Апол­ло­на искуп­ле­ния за смерть отца. При этом Неопто­лем стал похи­щать из хра­ма посвя­ти­тель­ные при­но­ше­ния и пытал­ся под­жечь самый храм, и за это его убил фоке­ец Махе­рей 108.

|Э| (15) После дол­гих блуж­да­ний элли­ны ста­ли выса­жи­вать­ся и селить­ся в раз­ных местах. Одни посе­ли­лись в Ливии, дру­гие — в Ита­лии, некото­рые же — в Сици­лии и на ост­ро­вах, рас­по­ло­жен­ных вбли­зи Ибе­рии. Элли­ны посе­ли­лись так­же на бере­гах реки Сан­га­рия; были и такие, кото­рые посе­ли­лись на Кип­ре. |С| Что же каса­ет­ся тех, кото­рые потер­пе­ли кораб­ле­кру­ше­ние у горы Кафе­рея, то их рас­кида­ло по раз­ным направ­ле­ни­ям. Гуней попал в Ливию, Антиф, сын Фес­са­ла, при­был к пелас­гам, и овла­дев этой стра­ной, назвал ее Фес­са­ли­ей, а Фил­ок­тет при­был к жите­лям Кам­па­нии в Ита­лию. Фидипп вме­сте с жите­ля­ми Коса посе­лил­ся на Анд­ро­се, Ага­пе­нор на Кип­ре 109, дру­гие же в иных местах.

|Ц| (15a) Апол­ло­дор и осталь­ные сооб­ща­ют следу­ю­щее. Гуней, поки­нув свои кораб­ли, при­был в Ливию и посе­лил­ся на бере­гу реки Кини­па. Мегет и Протой вме­сте со мно­ги­ми дру­ги­ми погиб­ли на Эвбее, у горы Кафе­рея… и когда Протой тер­пел кораб­ле­кру­ше­ние у горы Кафе­рея, быв­шие с ним маг­не­ты были отне­се­ны к ост­ро­ву Кри­ту и посе­ли­лись там.

(15b) После раз­ру­ше­ния Или­о­на вме­сте доплы­ли до Миман­та Мене­стей, Фидипп, Антиф, спут­ни­ки Эле­фе­но­ра, а так­же Фил­ок­тет. Затем Мене­стей при­был на ост­ров Мелос и воца­рил­ся там, после того как умер цар­ст­во­вав­ший там Поли­а­накт. Антиф же, сын Фес­са­ла, при­был к пелас­гам, и захва­тив эту стра­ну, назвал ее Фес­са­ли­ей. Фидиппа вме­сте с жите­ля­ми Коса при­би­ло вна­ча­ле к бере­гам Анд­ро­са, затем к Кипру; там он и посе­лил­ся. Эле­фе­нор скон­чал­ся в Трое 110, а тех, кто при­был с ним под Трою, море занес­ло в Ионий­ский залив, и они осно­ва­ли город Апол­ло­нию в Эпи­ре. Люди Тле­по­ле­ма при­ча­ли­ли к бере­гам Кри­та, но затем вет­ры отнес­ли их, и они засе­ли­ли Ибе­рий­ские ост­ро­ва… Людей Про­те­си­лая море отнес­ло к Пел­лене близ доли­ны Кана­ст­ра 111. Фил­ок­тет укло­нил­ся к Ита­лии в область кам­пан­цев и после вой­ны с лука­на­ми посе­лил­ся в Кри­мис­се, побли­зо­сти от Крото­на и Фурия 112. Покон­чив со стран­ст­ви­я­ми, он осно­вал свя­ти­ли­ще Апол­ло­на Алая 113, кото­ро­му посвя­тил свой лук и стре­лы, как гово­рит Эвфо­ри­он.

(15c) В Ита­лии есть река Навет. Соглас­но Апол­ло­до­ру и дру­гим писа­те­лям, она была назва­на так по той при­чине, что после взя­тия Трои в этой части Ита­лии ока­за­лись доче­ри Лао­медон­та, сест­ры При­а­ма, — Этил­ла, Астио­ха и Меде­си­ка­ста вме­сте с дру­ги­ми плен­ни­ца­ми. Опа­са­ясь быть про­дан­ны­ми в раб­ст­во в Элла­ду, они сожгли здесь гре­че­ские кораб­ли. Поэто­му и река была назва­на Наве­том, а эти жен­щи­ны — Нав­пре­сти­да­ми. Элли­ны, кото­рые при­бы­ли с эти­ми жен­щи­на­ми, поте­ряв свои кораб­ли, посе­ли­лись здесь 114.

|Э| (16) Демо­фонт 115 с немно­ги­ми кораб­ля­ми при­ча­лил к стране фра­кий­ских бисал­тов, и здесь в него влю­би­лась цар­ская дочь Фил­лида. Отец отдал ему Фил­лиду в жены с цар­ской вла­стью в при­да­ное. Но Демо­фонт хотел вер­нуть­ся к себе на роди­ну, и, после насто­я­тель­ных просьб покляв­шись вер­нуть­ся, он уехал. Фил­лида про­во­жа­ла его до так назы­ва­е­мых Девя­ти Дорог. На про­ща­нье она пода­ри­ла ему ящик, ска­зав при этом, что в нем хра­нит­ся свя­ты­ня Мате­ри Реи, и запре­ти­ла ему откры­вать этот ящик до тех пор, пока он не поте­ря­ет надеж­ду на воз­вра­ще­ние к ней.

(17) Демо­фонт при­был на Кипр и там посе­лил­ся. Когда услов­лен­ное вре­мя про­шло, Фил­лида про­кля­ла Демо­фон­та и покон­чи­ла жизнь само­убий­ст­вом. Демо­фонт же открыл ящик: после это­го, охва­чен­ный ужа­сом, он вско­чил на коня и в беше­ной скач­ке погиб — конь его спо­ткнул­ся, и он упал с коня на соб­ст­вен­ный меч. Вои­ны Демо­фон­та оста­лись жить на Кип­ре.

(18) Пода­ли­рий, при­дя в Дель­фы, вопро­сил ора­кул, где он дол­жен посе­лить­ся. Ора­кул отве­тил: в таком горо­де, где охва­ты­ваю­щее небо в слу­чае паде­ния не нане­сет ему ника­ко­го вреда. Тогда он посе­лил­ся в том месте Хер­со­не­са Карий­ско­го, кото­рое окру­же­но гора­ми со всех сто­рон 116.

(19) Амфи­лох, сын Алк­мео­на, кото­рый, как ука­зы­ва­ют некото­рые, при­был позд­нее дру­гих под Трою, был забро­шен бурей к Моп­су, и, как сооб­ща­ют, они всту­пи­ли в поеди­нок, оспа­ри­вая цар­скую власть, и уби­ли друг дру­га 117.

(20) Лок­ры с трудом отво­е­ва­ли свою зем­лю, но через три года стра­ну пора­зи­ла чума. Ора­кул сооб­щил им, что они долж­ны уми­ло­сти­вить боги­ню Афи­ну в Или­оне, посы­лая туда двух дев в каче­ст­ве про­си­тель­ниц в тече­ние тыся­чи лет. Пер­вы­ми по жре­бию были избра­ны Пери­бея и Клео­пат­ра. (21) Когда они при­бы­ли в Трою, мест­ные жите­ли ста­ли их пре­сле­до­вать и девы укры­лись в хра­ме. Они там не сме­ли при­бли­зить­ся к богине и толь­ко обрыз­ги­ва­ли и под­ме­та­ли пол. Поме­ще­ния хра­ма они не покида­ли, воло­сы у них были остри­же­ны, носи­ли они одни хито­ны и ходи­ли без обу­ви. (22) После того как пер­вые при­слан­ные туда девы умер­ли, были посла­ны дру­гие. Эти девы вхо­ди­ли в город ночью, чтобы их не заме­ти­ли вне огра­ды хра­ма и не уби­ли. Позд­нее ста­ли посы­лать груд­ных мла­ден­цев вме­сте с их кор­ми­ли­ца­ми. По исте­че­нии тыся­чи лет, после Фокид­ской вой­ны, туда пере­ста­ли посы­лать про­си­тель­ниц 118.

|ЭС| (23) Ага­мем­нон, вер­нув­шись в Мике­ны с Кас­сан­дрой, был убит Эги­стом и Кли­тем­не­строй. Она дала Ага­мем­но­ну хитон без рука­вов и без ворота. Наде­вая его, Ага­мем­нон был умерщ­влен, и в Мике­нах воца­рил­ся Эгист 119. Уби­ли так­же Кас­сан­дру. (24) Элек­тра, одна из доче­рей Ага­мем­но­на, выкра­ла сво­е­го бра­та Оре­ста и отда­ла его на вос­пи­та­ние фокей­цу Стро­фию, а тот стал его вос­пи­ты­вать вме­сте со сво­им сыном Пила­дом. Став взрос­лым, Орест отпра­вил­ся в Дель­фы и вопро­сил бога, дол­жен ли он мстить убий­цам сво­е­го отца. (25) Бог велел ему ото­мстить, и Орест, тай­но при­быв в Мике­ны вме­сте с Пила­дом, убил и мать, и Эги­ста. Но вско­ре его пора­зи­ло безу­мие; пре­следу­е­мый Эри­ни­я­ми, он при­был в Афи­ны. Там его судил аре­о­паг. |С| Некото­рые гово­рят, что на суд его при­ве­ли Эри­нии, дру­гие назы­ва­ют имя Тин­да­рея. Есть и такие, кото­рые утвер­жда­ют, буд­то на суд его заста­ви­ла прий­ти Эри­го­на, дочь Эги­ста и Кли­тем­не­стры. В суде голо­са разде­ли­лись поров­ну и, Орест был оправ­дан 120.

|ЭС| (26) Когда Орест вопро­сил боже­ст­во, как ему изба­вить­ся от безу­мия, ора­кул отве­тил, что он изба­вит­ся от безу­мия тогда, когда при­не­сет из стра­ны тав­ров изва­я­ние боже­ства121. |С| Тав­ры были скиф­ским пле­ме­нем, у кото­ро­го был обы­чай уби­вать чуже­стран­цев и бро­сать тела их в свя­щен­ный огонь122. Огонь этот горел на свя­щен­ном участ­ке хра­ма и выби­вал­ся нару­жу из Аида через какой-то камень.

|ЭС| (27) При­быв­ше­го в стра­ну тав­ров Оре­ста схва­ти­ли вме­сте с Пила­дом и в око­вах при­ве­ли к царю Тоан­ту. Тот ото­слал обо­их к жри­це, и там его узна­ла сест­ра, кото­рая была жри­цей у тав­ров. Орест бежал вме­сте с сест­рой, взяв изва­я­ние 123, кото­рое было достав­ле­но в Афи­ны и почи­та­ет­ся теперь под име­нем Арте­ми­ды Тав­ро­по­лы 124. Некото­рые гово­рят, буд­то Оре­ста буря занес­ла на ост­ров Родос и в соот­вет­ст­вии с полу­чен­ным ора­ку­лом изва­я­ние Арте­ми­ды было водру­же­но внут­ри город­ской сте­ны 125. |ЭС| (28) Вер­нув­шись в Мике­ны, Орест выдал свою сест­ру Элек­тру замуж за Пила­да. Сам же он женил­ся на Гер­ми­оне или, как гово­рят некото­рые, на Эри­гоне. От это­го бра­ка родил­ся Тиса­мен. |Э| Орест погиб, уку­шен­ный зме­ей в Оре­стей­оне, кото­рый нахо­дит­ся в Арка­дии.

|ЭС| (29) Мене­лай, имея с собой толь­ко пять кораб­лей, при­ча­лил к атти­че­ско­му мысу Сунию, но оттуда его занес­ло на ост­ров Крит. Вет­ры заста­ви­ли его про­де­лать боль­шой путь, и, стран­ст­вуя по Ливии, Фини­кии, Кипру и Егип­ту, он нако­пил боль­шие богат­ства 126. Соглас­но некото­рым сооб­ще­ни­ям, Мене­лай отыс­кал Еле­ну у Про­тея, царя егип­тян (до это­го момен­та Мене­лай обла­дал толь­ко при­зра­ком, сотво­рен­ным из обла­ка 127). После вось­ми­лет­них ски­та­ний Мене­лай при­был в Мике­ны и застал здесь Оре­ста, ото­мстив­ше­го за смерть сво­е­го отца. При­быв в Спар­ту, Мене­лай вер­нул себе цар­скую власть. |С| Гера сде­ла­ла его бес­смерт­ным, и он при­был на Эли­сий­ские поля вме­сте с Еле­ной.

VII. (1) Одис­сей, как гово­рят некото­рые, блуж­дал в водах Ливии: дру­гие же утвер­жда­ют, что он блуж­дал вокруг Сици­лии. Но есть и такие, кото­рые сооб­ща­ют, что Одис­сей дол­го стран­ст­во­вал в Оке­ане или же в Тир­рен­ском море.

(2) Выплыв из Или­о­на в откры­тое море, Одис­сей при­стал к горо­ду кико­нов Исма­ру. Этот город он захва­тил и раз­гра­бил иму­ще­ст­во жите­лей, поща­див толь­ко одно­го Маро­на, кото­рый был жре­цом Апол­ло­на 128. Жив­шие в глу­бине мате­ри­ка кико­ны, узнав о слу­чив­шем­ся, напа­ли на Одис­сея. Поте­ряв с каж­до­го кораб­ля по шесть чело­век, Одис­сей спас­ся бег­ст­вом, выплыв в откры­тое море. (3) Он при­ча­лил затем к стране лото­фа­гов и выслал впе­ред людей, чтобы они узна­ли, кто насе­ля­ет эту стра­ну. Но послан­ные отведа­ли лото­са и оста­лись там. Ибо в этой стране про­из­рас­тал слад­кий плод, име­ну­е­мый лото­сом, кото­рый застав­лял вку­сив­ше­го забыть все. Узнав об этом, Одис­сей удер­жал всех осталь­ных спут­ни­ков на кораб­лях, а вку­сив­ших лото­са насиль­но доста­вил к кораб­лям. При­плыв к стране кик­ло­пов, он стал при­бли­жать­ся к бере­гу.

(4) Оста­вив весь свой флот у близ­ле­жа­ще­го ост­ро­ва. Одис­сей на одном кораб­ле выса­дил­ся на зем­ле кик­ло­пов. С две­на­дца­тью спут­ни­ка­ми он поки­нул корабль. Побли­зо­сти от моря нахо­ди­лась пеще­ра, и Одис­сей вошел в нее, неся мех с вином, кото­рый пода­рил ему Марон. Пеще­ра эта при­над­ле­жа­ла Поли­фе­му, сыну Посей­до­на и ним­фы Тоосы. Поли­фем был вели­кан, дикарь и людо­ед; един­ст­вен­ный глаз его нахо­дил­ся посреди лба. (5) Спут­ни­ки Одис­сея разо­жгли костер и, заре­зав несколь­ких коз­лят, пообеда­ли. Когда кик­лоп при­шел, он загнал все ста­до в пеще­ру и зава­лил выход огром­ным кам­нем. Увидев спут­ни­ков Одис­сея, он сра­зу сожрал несколь­ких. (6) Одис­сей пред­ло­жил ему отведать вина, кото­рое было пода­ре­но ему Маро­ном. Выпив пред­ло­жен­ное, Поли­фем попро­сил еще. Выпив и это, он спро­сил Одис­сея, как его зовут. Одис­сей отве­тил, что его зовут Никто. Тогда Поли­фем пообе­щал съесть его в послед­нюю оче­редь, доба­вив, что это пода­рок, кото­рый он, Поли­фем, дарит ему как гостю. Затем упив­ший­ся вином Поли­фем улег­ся спать. (7) Одис­сей же, отыс­кав лежав­ший в пеще­ре кол, вме­сте с четырь­мя сво­и­ми спут­ни­ка­ми заост­рил его, обжег на кост­ре и осле­пил Поли­фе­ма. Послед­ний стал гром­ко кри­чать, созы­вая живу­щих вокруг кик­ло­пов. Те собра­лись и ста­ли спра­ши­вать Поли­фе­ма, кто его обидел. Поли­фем отве­тил: «Никто», и тогда кик­ло­пы разо­шлись, поняв его ответ в том смыс­ле, что никто его не оби­жал. (8) Когда ста­до ста­ло рвать­ся на при­выч­ное для него паст­би­ще, Поли­фем открыл вход в пеще­ру и, став там, широ­ко рас­ки­ну­ты­ми рука­ми ощу­пы­вал выхо­дя­щих живот­ных. Одис­сей стал свя­зы­вать бара­нов по трое… и сам уце­пил­ся сни­зу за само­го боль­шо­го бара­на, укрыв­шись у него под брю­хом. Так он выбрал­ся из пеще­ры вме­сте со ста­дом.

Одис­сей отвя­зал сво­их спут­ни­ков от овец, загнал ста­до на свои кораб­ли и, отплы­вая, крик­нул кик­ло­пу, что его имя — Одис­сей и что ему уда­лось избе­жать рук Поли­фе­ма. (9) Кик­ло­пу же неко­гда про­ри­ца­тель пред­ска­зал, что он будет ослеп­лен Одис­се­ем. Услы­шав имя Одис­сея, Поли­фем стал ломать рука­ми ска­лы и метать их в море: кораб­лю Одис­сея едва уда­лось уйти от гибе­ли. С это­го вре­ме­ни Посей­дон воз­не­на­видел Одис­сея. (10) Выплыв со сво­им фло­том в откры­тое море. Одис­сей при­ча­лил к ост­ро­ву Эолии, на кото­ром цар­ст­во­вал Эол. Зевс сде­лал его гос­по­ди­ном над вет­ра­ми, и Эол мог по сво­е­му усмот­ре­нию уни­мать вет­ры и насы­лать бури. Он радуш­но при­нял Одис­сея и дал ему мех, изготов­лен­ный из бычьей шку­ры, а в него завя­зал все вет­ры. Эол ука­зал при этом Одис­сею, каки­ми вет­ра­ми он дол­жен поль­зо­вать­ся во вре­мя пла­ва­ния, и спря­тал мех на кораб­ле. Исполь­зуя нуж­ные вет­ры. Одис­сей бла­го­по­луч­но плыл по морю. Уже под­плы­вая к Ита­ке и видя дым, под­ни­маю­щий­ся над горо­дом, Одис­сей лег и заснул.

(11) Одна­ко его спут­ни­ки, думая, что Одис­сей везет в этом мехе золо­то, откры­ли его, вет­ры вырва­лись нару­жу, и разыг­рав­ша­я­ся буря вновь отнес­ла их назад. Одис­сей при­шел к Эолу и стал про­сить попут­но­го вет­ра, но тот про­гнал Одис­сея со сво­е­го ост­ро­ва, ска­зав при этом, что не может его спа­сти про­тив воли богов.

(12) Выплыв в море, Одис­сей при­был затем в стра­ну лестри­го­нов… свой корабль он завел в гавань послед­ним. Лестри­го­ны были людо­еда­ми, и пра­вил ими царь Анти­фат. Одис­сей, желая узнать о жите­лях этой стра­ны, выслал людей впе­ред на раз­вед­ку. На пути им встре­ти­лась цар­ская дочь и при­ве­ла их к сво­е­му отцу. (13) Тот схва­тил одно­го из спут­ни­ков Одис­сея и тут же сожрал, после чего кинул­ся пре­сле­до­вать осталь­ных, гром­ко кри­ча и созы­вая осталь­ных лестри­го­нов. Те сбе­жа­лись к морю и ста­ли швы­рять в кораб­ли огром­ные кам­ни, раз­би­вая их и пожи­рая людей. Одис­сей обру­бил при­чаль­ный канат и выплыл в откры­тое море. Осталь­ные же кораб­ли погиб­ли вме­сте с людь­ми.

(14) На един­ст­вен­ном остав­шем­ся кораб­ле Одис­сей при­ча­лил к ост­ро­ву Ээе. На нем оби­та­ла Кир­ка, дочь Гелиоса и Пер­сы, сест­ра Ээта, знав­шая вся­кие кол­дов­ские зелья. Одис­сей разде­лил сво­их спут­ни­ков, мет­нув жре­бий: ему само­му выпа­ло остать­ся на кораб­ле, Эври­лох же и осталь­ные два­дцать два спут­ни­ка напра­ви­лись к Кир­ке. (15) Та позва­ла их к себе, и все они, кро­ме Эври­ло­ха, вошли в ее дом. Каж­до­му из них Кир­ка дала выпить напи­ток, состав­лен­ный из некото­ро­го коли­че­ства сыра, меда, пше­нич­ной муки и вина: к нему было при­ме­ша­но и зелье. Когда они выпи­ли этот напи­ток. Кир­ка кос­ну­лась каж­до­го сво­им жез­лом, и они изме­ни­ли свой облик. Одних она пре­вра­ти­ла в вол­ков, дру­гих — в сви­ней, тех — в ослов, иных — во львов 129. (16) Увидев­ший это Эври­лох поспе­шил к Одис­сею и рас­ска­зал о слу­чив­шем­ся. Тогда Одис­сей напра­вил­ся к Кир­ке, взяв с собой вол­шеб­ный корень, полу­чен­ный им от Гер­ме­са и назы­вав­ший­ся моли. Там он бро­сил моли в зелье Кир­ки и на него един­ст­вен­но­го это зелье не подей­ст­во­ва­ло. Выта­щив меч из ножен, он хотел уже убить Кир­ку, но та сми­ри­ла его гнев, вер­нув спут­ни­кам Одис­сея их преж­ний вид. Одис­сей, взяв с нее клят­ву в том, что она не станет при­чи­нять ему вреда, разде­лил с ней ложе. От это­го сою­за родил­ся у Одис­сея сын Теле­гон 130.

(17) Одис­сей про­жил там целый год, затем он отплыл в Оке­ан и при­нес жерт­вы душам умер­ших. По сове­ту Кир­ки он обра­тил­ся за пред­ска­за­ни­ем к про­ри­ца­те­лю Тире­сию и увидел души геро­ев и геро­инь. Увидел он так­же мать свою Анти­клею и Эль­пе­но­ра, кото­рый скон­чал­ся, упав с кры­ши в доме Кир­ки.

(18) После это­го Одис­сей вер­нул­ся к Кир­ке, и она про­во­ди­ла его в даль­ней­шее пла­ва­ние. В пути ему вско­ре дове­лось про­плы­вать мимо ост­ро­ва Сирен. Сире­ны про­ис­хо­ди­ли от Ахе­лоя и Мель­по­ме­ны, одной из Муз: зва­ли Сирен Пей­си­ноя, Агла­о­па и Телк­си­е­пия 131. Одна из Сирен игра­ла на кифа­ре, дру­гая пела, тре­тья игра­ла на флей­те: так Сире­ны завле­ка­ли к себе про­плы­ваю­щих мимо моря­ков. (19) Начи­ная с бедер они име­ли тело пти­цы. Про­плы­вая мимо них, Одис­сей захо­тел услы­шать их пение. По сове­ту Кир­ки он заткнул вос­ком уши сво­их спут­ни­ков, себя же при­ка­зал при­вя­зать к мачте. Зача­ро­ван­ный Сире­на­ми, при­зы­вав­ши­ми его остать­ся с ними, Одис­сей стал про­сить сво­их спут­ни­ков, чтобы они его отвя­за­ли, но те еще креп­че свя­зы­ва­ли его, и он про­плыл мимо Сирен. Меж­ду тем Сире­нам было неко­гда пред­ска­за­но, что они скон­ча­ют­ся, если какое-нибудь суд­но про­плы­вет, минуя их. Так они и скон­ча­лись 132.

(20) После это­го Одис­сей при­был к месту, где пути раз­два­и­ва­лись. С одной сто­ро­ны нахо­ди­лись Сим­плега­ды 133, с дру­гой сто­ро­ны сто­я­ли два огром­ных уте­са. На одном из этих уте­сов оби­та­ла Скил­ла, дочь Кра­те­иды и Три­е­на (или Фор­ка). У нее были лицо и грудь жен­щи­ны, а по бокам шесть соба­чьих голов и две­на­дцать соба­чьих ног.

(21) На дру­гом уте­се оби­та­ла Харибда, кото­рая в тече­ние дня три­жды погло­ща­ла и затем три­жды извер­га­ла мор­ские воды. Следуя ука­за­ни­ям Кир­ки, Одис­сей осте­рег­ся плыть меж­ду Сим­пле­гад, а про­плы­вая мимо уте­са Скил­лы, Одис­сей встал на кор­ме кораб­ля, воору­жив­шись. Но Скил­ла появи­лась и, схва­тив с кораб­ля шесть спут­ни­ков Одис­сея, сожра­ла их.

(22) Оттуда Одис­сей при­был на при­над­ле­жав­ший Гелио­су ост­ров Три­на­кию, на кото­ром пас­лись ста­да коров. Здесь Одис­сей задер­жал­ся из-за пого­ды, небла­го­при­ят­ной для пла­ва­ния. Спут­ни­ки его, испы­ты­вав­шие недо­ста­ток в съест­ных при­па­сах, заре­за­ли несколь­ко коров и устро­и­ли пир­ше­ст­во. Тогда Гелиос рас­ска­зал об этом Зев­су, и, когда Одис­сей выплыл в откры­тое море, Зевс мет­нул в корабль свой перун. (23) Удар раз­бил суд­но, и Одис­сей, ухва­тив­ший­ся за мач­ту, был затем увле­чен вол­на­ми к Харибде. Она погло­ти­ла мач­ту, но Одис­сей, ухва­тив­ший­ся за нави­сав­шие вет­ви дикой смо­ков­ни­цы, пере­ждал. Увидев, что Харибда изверг­ла мач­ту обрат­но, Одис­сей спрыг­нул на нее. Его занес­ло затем на ост­ров Оги­гию.

(24) Там его радуш­но при­ня­ла дочь Атлан­та ним­фа Калип­со. Разде­лив с ним ложе, она роди­ла сына Лати­на 134. Одис­сей про­вел у Калип­со пять лет и затем, изгото­вив плот, отплыл. Но гнев Посей­до­на был при­чи­ной тому, что плот в откры­том море раз­нес­ло на части, и вол­ны выбро­си­ли обна­жен­но­го Одис­сея на берег стра­ны феа­ков. (25) Дочь царя Алки­ноя Нав­си­кая сти­ра­ла здесь одеж­ды, и, когда Одис­сей обра­тил­ся к ней с моль­бой о помо­щи, она отве­ла его к царю Алки­ною. Царь Алки­ной ока­зал ему госте­при­им­ст­во, ода­рил его подар­ка­ми и отпу­стил на роди­ну, дав ему про­во­жа­тых. Посей­дон, раз­гне­ван­ный всем этим, пре­вра­тил корабль в камень, а город феа­ков скрыл за высо­кой горой.

(26) Вер­нув­шись на роди­ну, Одис­сей застал свой дом раз­граб­лен­ным. Сочтя его погиб­шим, к Пене­ло­пе ста­ли сва­тать­ся жени­хи 135. С Дули­хия при­бы­ло пять­де­сят семь жени­хов: (27) Амфи­ном, Тоант, Демопто­лем, Амфи­мах, Эври­ал, Парал, Эве­но­рид, Кли­тий, Аге­нор, Эври­пил, Пиле­мен, Ака­мант, Тер­си­лох, Агий, Кли­мен, Фило­дем, Менепто­лем, Дама­стор, Биант, Тел­мий, Поли­ид, Асти­лох, Схедий, Анти­гон, Марп­сий, Ифида­мант, Аргий, Главк, Калидо­ней, Эхи­он, Ламас, Анд­ре­мон, Аге­рох, Медонт, Агрий, Пром, Кте­сий, Акар­нан, Кикн, Псе­рас, Гел­ла­ник, Пери­фрон, Мега­стен, Тра­си­мед, Орме­ний, Дио­пит, Меки­стей, Анти­мах, Пто­ле­мей, Лесто­рид, Нико­мах, Поли­пойт, Кера­ос. (28) С ост­ро­ва Самы два­дцать три: Аге­лай, Писандр, Элат, Кте­сипп, Гип­по­дох, Эври­страт, Архе­мол, Итак, Писе­нор, Гипе­ре­нор, Ферет, Анти­стен, Кер­бер, Пери­мед, Кинн, Три­ас, Этео­ней, Кли­тий, Протой, Ликет, Эвмел, Итан, Лиамм. (29) С Закин­та сорок четы­ре: Эври­лох, Лао­мед, Молеб, Фре­ний, Индий, Минис, Лио­крит, Про­ном, Нисас, Дае­мон, Архе­страт, Гип­по­мах, Эври­ал, Пери­алл, Эве­но­рид, Кли­тий, Аге­нор, Полиб, Полидор, Тади­тий, Стра­тий, Фре­ний, Индий, Десе­нор, Лао­медонт, Лаодик, Галий, Магнет, Олой­трох, Бар­тас, Тео­фрон, Нис­сей, Алка­роп, Пери­к­ли­мен, Анте­нор, Пел­лант, Кельт, Пери­фант, Ормен, Полиб и Анд­ро­мед. (30) С самой Ита­ки собра­лось две­на­дцать жени­хов: Анти­ной, Про­ной, Лиод, Эври­ном, Амфи­мах, Амфи­ал, Про­мах, Амфи­медонт, Ари­страт, Гелен, Дули­хи­ей и Кте­сипп.

(31) Все они, при­быв во дво­рец Одис­сея, истреб­ля­ли его ста­да на сво­их пир­ше­ствах. Сама же Пене­ло­па была вынуж­де­на дать обе­ща­ние всту­пить в брак после того, как будет соткан саван для Лаэр­та: она тка­ла его уже три года, днем работая, а ночью рас­пус­кая соткан­ное. Так обма­ны­ва­ла она жени­хов, пока ее не ули­чи­ли. (32) Одис­сей узнал о том, что про­ис­хо­дит в его доме, и в обра­зе нище­го при­шел к сво­е­му рабу Эвмею; открыв­шись там Теле­ма­ху, он отпра­вил­ся в город. Встре­тив­ший­ся им там на пути козопас Мелан­тий, раб Одис­сея, оскор­бил его. Зай­дя во дво­рец, Одис­сей стал про­сить пода­я­ния у жени­хов: встре­тив там дру­го­го нище­го, кото­ро­го зва­ли Ир, он одо­лел его в борь­бе. Одис­сей открыл­ся Эвмею и Филой­тию и вме­сте с ними и Теле­ма­хом стал гото­вить­ся к сра­же­нию с жени­ха­ми. (33) Пене­ло­па пред­ло­жи­ла жени­хам лук Одис­сея, кото­рый был неко­гда пода­рен Одис­сею Ифи­том, ска­зав при этом, что вый­дет замуж за того из жени­хов, кото­рый натянет этот лук. Никто из жени­хов не смог это­го сде­лать. Одис­сей же, взяв лук, стре­ла­ми убил жени­хов. Ему помо­га­ли Эвмей, Филой­тий и Теле­мах. Одис­сей убил так­же и Мелан­тия и тех слу­жа­нок, кото­рые сожи­тель­ст­во­ва­ли с жени­ха­ми, после чего он открыл­ся жене и отцу.

(34) При­не­ся жерт­вы Аиду, Пер­се­фоне и Тире­сию, он отпра­вил­ся пеш­ком через Эпир и при­был к тес­протам. Совер­шив жерт­ву по ука­за­нию про­ри­ца­те­ля Тире­сия, он уми­ло­сти­вил Посей­до­на 136. Но цар­ст­во­вав­шая тогда над тес­прота­ми Кал­лиди­ка ста­ла про­сить Одис­сея, чтобы он там остал­ся, пред­ла­гая ему цар­скую власть. (35) Сой­дясь с Одис­се­ем, она роди­ла Поли­пой­та. Женив­шись на Кал­лиди­ке, Одис­сей стал царем тес­протов и нанес пора­же­ния тем из соседей, вой­ска кото­рых на него напа­ли. После смер­ти Кал­лиди­ки он передал цар­скую власть сыну и отпра­вил­ся в Ита­ку. Там он узнал, что Пене­ло­па роди­ла ему сына Поли­пор­та 137.

(36) Теле­гон же, узнав от Кир­ки, что он сын Одис­сея, отпра­вил­ся в мор­ское путе­ше­ст­вие с целью отыс­кать сво­е­го отца. При­быв на ост­ров Ита­ку, он стал уго­нять овец из ста­да. Когда Одис­сей попы­тал­ся вос­пре­пят­ст­во­вать это­му, Теле­гон, дер­жав­ший в руках копье, нако­неч­ник кото­ро­го окан­чи­вал­ся шипом ска­та, пора­зил Одис­сея, и тот умер 138. (37) Узнав затем, что это был его отец, Теле­гон его опла­ки­вал, после чего вме­сте с Пене­ло­пой пере­вез его тело к Кир­ке. Там Теле­гон женил­ся на Пене­ло­пе. Кир­ка же отпра­ви­ла обо­их на Ост­ро­ва Бла­жен­ных.

(38) Некото­рые же сооб­ща­ют, что Пене­ло­пу, соблаз­нен­ную Анти­но­ем, Одис­сей ото­слал к ее отцу Ика­рию; когда Пене­ло­па при­бы­ла в аркад­скую Ман­ти­нею, она роди­ла там Пана от Гер­ме­са. (39) Дру­гие же гово­рят, что Пене­ло­па была уби­та Одис­се­ем и при­чи­ной ее гибе­ли было то, что Амфи­ном ее соблаз­нил. (40) Есть и такие, кото­рые сооб­ща­ют, что Одис­сей, обви­ня­е­мый род­ст­вен­ни­ка­ми уби­тых, при­гла­сил в каче­ст­ве судьи Неопто­ле­ма, цар­ст­во­вав­ше­го над ост­ро­ва­ми, нахо­дя­щи­ми­ся вбли­зи Эпи­ра. Неопто­лем же, наде­ясь на то, что если Одис­сей будет осуж­ден, то ему доста­нет­ся Кефал­ле­ния, осудил Одис­сея на изгна­ние. Гово­рят так­же, что Одис­сей, при­быв в Это­лию к Тоан­ту, сыну Анд­ре­мо­на, женил­ся на доче­ри Тоан­та. Соста­рив­шись здесь, он умер, оста­вив сына Леон­то­фо­на, кото­ро­го ему роди­ла дочь Тоан­та.

ПРИМЕЧАНИЯ

Гла­ва I

1[1] О ста­ру­хе, выкор­мив­шей Кром­ми­он­скую сви­нью, упо­ми­на­ет толь­ко «Биб­лио­те­ка», но ее изо­бра­жа­ют на рисун­ках, укра­шаю­щих гре­че­ские вазы: обыч­но она сто­ит рядом с Тесе­ем, уби­ваю­щим это чудо­ви­ще.

2[2] Соглас­но Овидию, кости Ски­ро­на дол­го носи­лись в вол­нах (Met. VII, 444 sqq.):

…костям раз­бой­ни­ка порознь
Отка­за­ла в при­юте зем­ля, отка­за­ли и вол­ны,
Дол­го носи­лись они, гово­рят, пока затвер­де­ли
Поз­же в ска­лы: и ска­лам при­сво­е­но имя Ски­ро­на.

3[3] Миф о Кер­ки­оне не при­над­ле­жал к чис­лу популяр­ных атти­че­ских мифов. Овидий (Met. VII, 439) уде­ля­ет ему все­го одну стро­ку:

Кер­ки­о­но­ву смерть Элев­син Цере­рин увидел.

4[4] Тра­ди­ция чаще назы­ва­ет это­го раз­бой­ни­ка Про­кру­стом, что озна­ча­ет «вытя­ги­ва­тель» (напри­мер: Ovid. Met. VII, 438).

5[5] Об этом быке «Биб­лио­те­ка» упо­ми­на­ет выше (II, 5, 7).

6[6] Соглас­но Овидию (Met. VII, 419 sqq.), Эгей узнал Тесея по родо­во­му зна­ку на руко­ят­ке меча:

Брал уже в руки Тесей, ниче­го не ведая, кубок,
Как отец увидал родо­вой свой знак на сло­но­вой
Руко­ят­ке меча, и ужас ско­вал ему чле­ны.

7[7] Соглас­но более рас­про­стра­нен­но­му вари­ан­ту тра­ди­ции, Тесей доб­ро­воль­но отпра­вил­ся на Крит. Но некото­рые источ­ни­ки сооб­ща­ют, что на Тесея пал жре­бий (см.: Plut. Thes. 17; Hyg. Fab. 41).

8[8] Соглас­но Дио­до­ру (IV, 61), когда кро­ва­вая дань ранее достав­ля­лась Мино­су, афин­ские суда все­гда воз­вра­ща­лись в знак тра­у­ра под чер­ны­ми пару­са­ми.

9[9] Дру­гой вари­ант тра­ди­ции сооб­ща­ет Плу­тарх в био­гра­фии Тесея (19), следуя Фило­хо­ру, авто­ру «Исто­рии Атти­ки» (Атти­ды). Соглас­но это­му вари­ан­ту, Тесей одер­жал верх над Минотав­ром во вре­мя состя­за­ний, устро­ен­ных Мино­сом, и Ари­ад­на, увидев­шая Тесея во вре­мя этих состя­за­ний, в него влю­би­лась.

10[10] «Одис­сея» (XI, 321 слл.) сооб­ща­ет дру­гой вари­ант это­го мифа:

…яви­лась потом Ари­ад­на,
Дочь коз­но­дея Мино­са: из Кри­та бежать с ним в Афи­ны
Деву пре­крас­ную бод­рый Тесей убедил. Но не мог он
С ней насла­дить­ся любо­вью — уби­ла ее Арте­ми­да
Тихой стре­лой, нау­щен­ная Вак­хом, на ост­ро­ве Дие.
(Пер. В. А. Жуков­ско­го).

11[11] Плу­тарх сооб­ща­ет в био­гра­фии Тесея (20), что Ари­ад­на роди­ла Ста­фи­ла и Ойно­пи­о­на от Тесея.

12[12] Как пишет Пав­са­ний (I, 22, 5), Эгей кинул­ся вниз с того высту­па ска­лы акро­по­ля, на кото­ром во вто­рой поло­вине V в. до н. э. был воз­двиг­нут храм Бес­кры­лой Победы.

13[13] Пал­лант был бра­том Эгея (см. выше, III, 15, 5), и сыно­вья его име­ли пра­во после смер­ти Эгея пре­тен­до­вать на цар­скую власть в Афи­нах. Об этом же пишут и Плу­тарх в био­гра­фии Тесея (3, 13), и Пав­са­ний (I, 22, 2—28, 10).

14[14] Миф о Деда­ле и Ика­ре в высо­ко­по­э­ти­че­ской фор­ме изла­га­ет­ся в «Мета­мор­фо­зах» Овидия и при­над­ле­жит к наи­бо­лее удав­шим­ся поэту частям поэ­мы.

15[15] Эта фра­за встав­ле­на изда­те­ля­ми Ваг­не­ром и Фрэ­зе­ром на осно­ва­нии тек­стов: Zenob. Cent. IV, 92; Tzetz. Chil. I, 506. Она необ­хо­ди­ма для уста­нов­ле­ния свя­зи меж­ду рас­ска­зы­ва­е­мы­ми собы­ти­я­ми.

16[16] Об этом же пишут лек­си­ко­гра­фы (Steph. Byz., s. v. Κάμιχος). По Пав­са­нию (VII, 4, 5), Кокал был вынуж­ден вести вой­ну с Мино­сом из-за того, что он отка­зал­ся выдать Мино­су Деда­ла.

17[17] По сооб­ще­нию Пав­са­ния (VII, 4, 5), Дедал за свое искус­ст­во был так почи­та­ем дочерь­ми Кока­ла, что ради Деда­ла жен­щи­ны замыс­ли­ли убить Мино­са.

18[18] От ама­зон­ки Антио­пы у Тесея родил­ся сын Иппо­лит (Plut. Thes. 26).

19[19] Дев­ка­ли­он был сыном Мино­са и бра­том Фед­ры (см. выше, III, 1, 2).

20[20] Миф в Фед­ре и Иппо­ли­те изло­жен авто­ром «Биб­лио­те­ки» в основ­ном по пье­се Эври­пида «Иппо­лит». До нас дошли изве­стия о двух тра­геди­ях, напи­сан­ных дра­ма­тур­гом на этот сюжет, из кото­рых сохра­ни­лась толь­ко вто­рая. Сведе­ния о пер­вой тра­гедии содер­жат­ся в жиз­не­опи­са­нии Эври­пида (A. Westermann. Biographi Graeci Minores. Brunsvigae, 1845, p. 137) и в Hypothesis к сохра­нив­шей­ся тра­гедии «Иппо­лит». Сюжет при­влек вни­ма­ние и более позд­них авто­ров антич­но­сти («Фед­ра» Сене­ки).

21[21] Миф об Икси­оне изве­стен уже Гоме­ру (Il. XIV, 317), кото­рый упо­ми­на­ет о жене Икси­о­на (родив­шей Пири­тоя) как о жен­щине, кото­рую в свое вре­мя любил Зевс.

22[22] Так как Пири­той был сыном Икси­о­на (см. выше, I, 8, 2), то текст Зено­бия, вос­хо­дя­щий к «Биб­лио­те­ке», дол­жен быть поме­щен имен­но здесь.

23[23] Свадь­бу Пири­тоя и Гип­по­да­мии (Плу­тарх в био­гра­фии Тесея назы­ва­ет ее Деида­ми­ей) опи­сы­ва­ет в ярких крас­ках Овидий (Met. XII, 210 sqq.). Сра­же­ние лапи­фов с кен­тав­ра­ми («Кен­тав­ро­ма­хия») было излюб­лен­ным сюже­том в гре­че­ском изо­бра­зи­тель­ном искус­ст­ве (храм Зев­са в Олим­пии, где оно было изо­бра­же­но на запад­ном фрон­тоне, а так­же мето­пы Пар­фе­но­на).

24[24] Антич­ные поэты и мифо­гра­фы обыч­но рас­смат­ри­ва­ют миф о Кенее как часть «Кен­тав­ро­ма­хии» (Ovid. Met. XII, 470 sqq.).

25[25] Выше (III, 10, 7) рас­ска­зы­ва­лось, как Тесей увел Еле­ну в Афи­ны. Дио­дор (IV, 63) и Пав­са­ний (I, 17, 6) упо­ми­на­ют в свя­зи с этим мифом имен­но Афид­ны, поэто­му целе­со­об­раз­но и в тек­сте Эпи­то­мы сохра­нить этот вари­ант мифа.

26[26] См. выше, II, 5, 12.

Гла­ва II

27[1] О нака­за­нии Тан­та­ла зна­ет Гомер (Od., XI, 582 sqq.).

28[2] У Овидия (Ibis 515 sqq.) Бро­тей так­же покон­чил с собой, но моти­вы само­убий­ства поэтом не ука­за­ны.

29[3] Тан­тал, желая про­ве­рить, все­ве­ду­щи ли боги, зако­лол сво­е­го сына Пелоп­са, сва­рил и подал богам, явив­шим­ся к нему на пир­ше­ст­во. Боги мгно­вен­но откры­ли ужас­ный обман, и толь­ко Демет­ра (по дру­го­му вари­ан­ту мифа, Фети­да) по рас­се­ян­но­сти съе­ла пле­чо юно­го Пелоп­са. По реше­нию богов мясо Пелоп­са было вновь сло­же­но в котел, и оттуда появил­ся ожив­ший Пелопс, еще более пре­крас­ный, чем преж­де, но без пле­ча. Тогда Гефест изгото­вил ему пле­чо из сло­но­вой кости. С тех пор у всех потом­ков Пелоп­са сохра­ня­лось бле­стя­щее белое пят­но на одном пле­че.

30[4] Миф об Ойно­мае, Пелоп­се и Гип­по­да­мии был излюб­лен­ным сюже­том в антич­ном изо­бра­зи­тель­ном искус­ст­ве. На восточ­ном фрон­тоне хра­ма Зев­са в Олим­пии была изо­бра­же­на сце­на под­готов­ки к состя­за­нию. В цен­тре ком­по­зи­ции мы видим мощ­ную фигу­ру Зев­са, спра­ва и сле­ва гото­вя­щих­ся к состя­за­нию Ойно­мая и Пелоп­са рядом со сво­и­ми колес­ни­ца­ми. Среди жен­ских фигур мы раз­ли­ча­ем Гип­по­да­мию и ее мать Сте­ро­пу.

31[5] Суще­ст­ву­ет и иной вари­ант мифа, соглас­но кото­ро­му Мир­тил заме­нил брон­зо­вую чеку сде­лан­ной из вос­ка (см. напри­мер: Schol. Apoll. Rhod. I, 752; Tzetz. in Lycophr. 156).

32[6] Так назы­ва­лось море, кото­рое омы­ва­ет Кикла­ды и севе­ро-восточ­ную око­неч­ность Пело­пон­не­са.

33[7] См. выше, II, 1, 1.

34[8] Гигин (Fab. 84) назы­ва­ет в каче­ст­ве сыно­вей Пелоп­са Гип­пал­ки­ма, Атрея и Фие­ста.

35[9] Наме­ки на этот миф мож­но най­ти у Эври­пида (Hel. 699; Or. 996 sqq.).

36[10] Миф о кан­ни­баль­ском пир­ше­ст­ве Фие­ста у Гоме­ра не упо­ми­на­ет­ся. Во вто­рой песне «Или­а­ды» (105 слл.) рас­ска­зы­ва­ет­ся о ски­пет­ре, кото­рый Пелопс пода­рил Атрею, а тот в свою оче­редь передал его неза­дол­го до сво­ей смер­ти Фие­сту, вла­дель­цу мно­го­чис­лен­ных стад.
37[11] Дочь Фие­ста зва­ли Пело­пия.

38[12] Пав­са­ний (II, 22, 4) сооб­ща­ет и дру­гой вари­ант мифо­ло­ги­че­ской тра­ди­ции, соглас­но кото­ро­му Тан­тал был сыном Бро­тея.

39[13] Гомер назы­ва­ет этих доче­рей Хри­со­фе­ми­дой, Лаоди­кой и Ифи­а­нассой (Il. IX, 142 sqq.).

Гла­ва III

40[1] Зна­ме­ни­тый суд Пари­са (Гомер назы­ва­ет его и Алек­сан­дром) подроб­но опи­сы­вал­ся в кик­ли­че­ской поэ­ме «Киприи», извест­ной нам по крат­ко­му экс­церп­ту Прок­ла (см.: Epic. Graec. Fragm., p. 16 sqq. Kinkel).

41[2] См.: Il. V, 59, где назва­ны отец и дед Ферек­ла. Из их имен вид­но, что ремес­ло переда­ва­лось по наслед­ст­ву.

42[3] О смер­ти Катрея см. выше, III, 2, 1.

43[4] См.: Hom. Il. VI, 289 sqq. и схол. к это­му месту. О буре, при­бив­шей Пари­са и Еле­ну к Сидо­ну, рас­ска­зы­ва­ет так­же Прокл в сво­ем экс­церп­те в стро­гом соот­вет­ст­вии с рас­ска­зом «Биб­лио­те­ки». Тек­сты сов­па­да­ют почти дослов­но (см.: E. Bethe. Proklos und der Epische Cyclus. Hermes XXVI, 1891, S. 602). Бете объ­яс­ня­ет это сов­па­де­ние тем, что Прокл и автор «Биб­лио­те­ки» поль­зо­ва­лись одним и тем же мифо­ло­ги­че­ским ком­пен­ди­у­мом. Харак­тер­но, что Геро­дот, ссы­ла­ясь на те же «Киприи» (II, 117), сооб­ща­ет, что Парис и Еле­на при­бы­ли в Или­он с попут­ным вет­ром, минуя про­ме­жу­точ­ные пор­ты. Фрэ­зер пыта­ет­ся объ­яс­нить это рас­хож­де­ние тем, что Геро­дот и Прокл поль­зо­ва­лись раз­лич­ны­ми тек­ста­ми «Киприи».

44[5] Под «некото­ры­ми» автор «Биб­лио­те­ки» име­ет здесь в виду ско­рее все­го Эври­пида (ср.: Неl. 31 sqq.; 582 sqq.; El. 1280 sqq.). Иной вари­ант мифа о «под­дель­ной» Елене сооб­ща­ет Геро­дот (II, 112).

45[6] См. выше, III, 10, 9.

46[7] О при­твор­ном безу­мии Одис­сея сооб­ща­ет­ся в экс­церп­те Прок­ла. Соглас­но более рас­про­стра­нен­но­му вари­ан­ту мифа, Одис­сей запряг в плуг быка и осла и стал засе­вать зем­лю солью. Тогда Пала­мед взял сына Одис­сея и поло­жил в борозду под плуг. Одис­сей не решил­ся нае­хать плу­гом на сво­е­го сына и при­знал­ся в обмане.

47[8] Некото­рые дета­ли мифа о Пала­меде, сооб­ща­е­мые Овиди­ем (Met. XIII, 56 sqq.), отли­ча­ют­ся от вари­ан­та мифа, сохра­нен­но­го «Биб­лио­те­кой». По Овидию, Одис­сей зарыл золо­то, яко­бы полу­чен­ное Пала­медом за пред­а­тель­ст­во, и затем сам пока­зал это место ахей­цам.

48[9] Кинир явля­ет­ся мифи­че­ским осно­ва­те­лем Пафо­са на Кип­ре и пред­ком рода Кини­ра­дов, чле­ны кото­ро­го были жре­ца­ми Афро­ди­ты на Кип­ре. О Кини­ре упо­ми­на­ет «Или­а­да» (XI, 20).

49[10] Соглас­но Дик­ти­су Крит­ско­му (I, 23), Аний и Ойно­тро­фы доста­ви­ли вой­ску Ага­мем­но­на при­па­сы, когда тот отплы­вал из Авлиды. Имя Эла­иды про­из­веде­но от ελαία (оли­ва), Спер­мо от σπέρμα (семя) и Ойно от οινος (вино). Соглас­но Овидию (Met. XIII, 632), все, к чему ни при­ка­са­лись эти жен­щи­ны, пре­вра­ща­лось в олив­ко­вое мас­ло, зер­но или вино. Цецес (Schol. Lycophr. 570) рас­ска­зы­ва­ет, что Аний, царь Дело­са, пред­ло­жил Ага­мем­но­ну и его вой­ску оста­вать­ся на Дело­се девять лет, полу­чая от его доче­рей необ­хо­ди­мое про­до­воль­ст­вие. Ага­мем­нон не при­нял это­го пред­ло­же­ния, но позд­нее, уже нахо­дясь под Тро­ей, послал за дочерь­ми Ания. Исто­рия эта рас­ска­зы­ва­лась в «Кипри­ях».

50[11] Ката­лог вождей, содер­жа­щий­ся в этом месте «Биб­лио­те­ки», не сов­па­да­ет пол­но­стью с ката­ло­гом «Или­а­ды» (II, 494 слл.).

51[12] Изло­же­ние это­го мифа у Овидия (Met. XII, 11 sqq.) пол­но­стью сов­па­да­ет с рас­ска­зом «Биб­лио­те­ки».

52[13] По пово­ду мифа о Теле­фе см. выше, II, 7, 4, прим. 17; III, 9, 1.

53[14] Отсюда ста­но­вит­ся ясным, поче­му в «Илиа­де» (XXIV, 765 слл.) Еле­на гово­рит о два­дца­ти годах, про­шед­ших с тех пор, как она поки­ну­ла роди­ну.

54[15] Это то самое копье, кото­рое Хирон пода­рил отцу Ахил­ле­са Пелею. Когда Ахил­лес вырос, никто, кро­ме него само­го, не мог его мет­нуть. См.: Hom. Il. XVI, 140; XIX, 387; XXII, 133.

55[16] Рас­сказ о том, как Телеф при­вел ахей­цев под Трою, содер­жал­ся ско­рее все­го в «Кипри­ях», как вид­но из экс­церп­та Прок­ла.

56[17] Сохра­нив­ша­я­ся тра­гедия Эври­пида «Ифи­ге­ния в Авлиде» изла­га­ет миф об Ифи­ге­нии при­мер­но так же, как «Биб­лио­те­ка» и экс­церпт Прок­ла. Это сов­па­де­ние мож­но объ­яс­нить тем, что ими был исполь­зо­ван один и тот же источ­ник — поэ­ма «Киприи».

57[18] Соглас­но Пав­са­нию (X, 14, 1—2), Кикн поз­же при­плыл к Тене­су на ост­ров Тенедос, чтобы про­сить про­ще­ния за ошиб­ку, но Тенес в гне­ве пере­ру­бил при­чаль­ный канат кораб­ля, на кото­ром при­был Кикн, и того унес­ло в море. «Топор Тене­са» вошел в пого­вор­ку.

58[19] Миф о Фил­ок­те­те изла­гал­ся в «Кипри­ях». Несколь­ко иной вари­ант мифо­ло­ги­че­ской тра­ди­ции поло­жил в осно­ву сво­ей тра­гедии «Фил­ок­тет» Софокл.

59[20] В лаге­ре тро­ян­цев Анте­нор играл ту же роль, что и Нестор в лаге­ре ахей­цев. В «Илиа­де» (VII, 347 слл.; ср. так­же III, 207) Анте­нор высту­па­ет побор­ни­ком мира, сове­туя вер­нуть Еле­ну и похи­щен­ные сокро­ви­ща ахей­цам. В более позд­них вари­ан­тах мифа Анте­нор и его супру­га Теа­но, жри­ца Афи­ны, ока­зы­ва­ют­ся пред­а­те­ля­ми, кото­рые выда­ют ахей­цам Пал­ла­дий (Tzetz. in Lycophr. 658).

60[21] Про­те­си­лай из Фила­ки в Фес­са­лии, сын Ифик­ла и Астио­хи, был вождем фила­кий­ских вои­нов во вре­мя похо­да на Трою и пер­вым сошел с кораб­ля на берег (имя «Про­те­си­лай» озна­ча­ет «пер­вый из наро­да»). См.: Hom. Il. II, 695; XIII, 681; XV, 705. Соглас­но Коно­ну (Narrat. 13), Про­те­си­лай пере­жил вой­ну и, взяв с собой плен­ни­цу Айтил­лу, сест­ру При­а­ма, выса­дил­ся у полу­ост­ро­ва Пал­ле­ны. Когда он отлу­чил­ся от кораб­лей, Айтил­ла уго­во­ри­ла остав­ших­ся там жен­щин под­жечь кораб­ли. Вынуж­ден­ный остать­ся в этом месте, Про­те­си­лай осно­вал здесь Ски­о­ну.

61[22] Пав­са­ний (IV, 2, 5) назы­ва­ет жену Про­те­си­лая Полидо­рой.

62[23] Здесь, как и в пред­ше­ст­ву­ю­щей части, рас­сказ «Биб­лио­те­ки» сов­па­да­ет в основ­ном с экс­церп­том Прок­ла. Все эти дета­ли содер­жа­лись в «Кипри­ях». О гибе­ли Тро­и­ла, сына При­а­ма и Гекабы («Биб­лио­те­ка» назы­ва­ет его так­же сыном Апол­ло­на; см. выше, III, 12, 5), упо­ми­на­ет Вер­ги­лий в «Эне­иде» (I, 474).

63[24] Об этом похи­ще­нии Лика­о­на подроб­но рас­ска­зы­ва­ет «Или­а­да» (XXI, 34 слл.). Лика­он был про­дан в раб­ст­во на ост­ро­ве Лем­но­се.

64[25] О сво­ем бег­ст­ве от Ахил­ле­са рас­ска­зы­ва­ет в «Илиа­де» (XX, 90 слл.) сам Эней.

65[26] Пере­чень союз­ни­ков, при­быв­ших на помощь Трое, мы нахо­дим в «Илиа­де» (II, 816 слл.).

Гла­ва IV

66[1] Начи­ная с это­го места и до кон­ца этой гла­вы изла­га­ет­ся сюжет­ная схе­ма «Или­а­ды».

67[2] Ср.: Hom. Il. X, 314 sqq.

Гла­ва V

68[1] На осно­ва­нии экс­церп­та Прок­ла мы име­ем воз­мож­ность уста­но­вить, что рас­ска­зан­ные здесь собы­тия изла­га­лись в поэ­ме «Эфи­о­пида».

69[2] См. выше, Э I, 17.

70[3] Эти собы­тия изла­га­лись в поэ­ме «Эфи­о­пида». Подви­ги Мем­но­на, кото­рые опи­сы­ва­лись в этой не дошед­шей до нас поэ­ме, пере­чис­ля­ет Дик­тис Крит­ский (IV, 6). Как сооб­ща­ет Пав­са­ний (V, 19, 1), бит­ва меж­ду Мем­но­ном и Ахил­ле­сом была изо­бра­же­на на лар­це Кип­се­ла и на троне Апол­ло­на в Ами­к­лах (Pausan. III, 18, 7). Сюжет исполь­зо­вал так­же Ликий для сво­ей ста­ту­ар­ной груп­пы, нахо­див­шей­ся в Олим­пии (Pausan. V, 22, 2).

71[4] В «Илиа­де» (XXII, 359) уми­раю­щий Гек­тор про­ро­чит Ахил­ле­су близ­кую смерть от стре­лы Пари­са и Апол­ло­на у Скей­ских ворот Трои. Собы­тие это изла­га­лось в «Эфи­о­пиде».

72[5] В «Эфи­о­пиде» рас­ска­зы­ва­лось, как сама Фети­да вме­сте с Муза­ми опла­ки­ва­ла тело пав­ше­го сына. Похи­тив его из погре­баль­но­го кост­ра, она затем унес­ла его на Белый ост­ров.

73[6] Более деталь­ное опи­са­ние этих собы­тий мы нахо­дим у Апол­ло­ния Родос­ско­го (IV, 811 слл.).

74[7] Собы­тия эти подроб­но изла­га­ют­ся в про­из­веде­нии Квин­та Смирн­ско­го (IV, 88 слл.).

75[8] Более подроб­но обо всем этом рас­ска­зы­ва­ла «Малая Или­а­да». О спо­ре меж­ду Одис­се­ем и Эан­том из-за ору­жия Ахил­ле­са упо­ми­на­ет Гомер в «Одис­сее» (XI, 542 слл.). Соглас­но Гоме­ру, тро­ян­цы и боги­ня Афи­на высту­пи­ли судья­ми и при­суди­ли ору­жие Одис­сею. Стра­да­ния уязв­лен­но­го често­лю­бия и доб­ро­воль­ная смерть Эан­та изо­бра­же­ны в сохра­нив­шей­ся тра­гедии Софок­ла «Эант-биче­но­сец».

76[9] В тра­гедии Софок­ла «Фил­ок­тет» исполь­зо­ван дру­гой вари­ант мифо­ло­ги­че­ской тра­ди­ции, соглас­но кото­ро­му Одис­сей явил­ся на ост­ров Лем­нос с юным Неопто­ле­мом, сыном Ахил­ле­са. Про­ро­че­ст­во, при­пи­сан­ное «Биб­лио­те­кой» Кал­хан­ту, в «Малой Илиа­де» про­из­но­сил Гелен, тро­ян­ский про­ри­ца­тель (см.: Quint. Smyrn. IX, 325 sqq.; Hyg. Fab. 103).

77[10] Собы­тия, свя­зан­ные с женить­бой Деи­фо­ба на Елене, рас­ска­зы­ва­лись в «Малой Илиа­де».

78[11] Сход­ное изло­же­ние собы­тий мы нахо­дим у Коно­на (Narrat. 34). Гелен откры­ва­ет здесь ахей­цам все тай­ны вслед­ст­вие сво­ей обиды на тро­ян­цев.

79[12] См. выше, III, 12, 3.

80[13] О путе­ше­ст­вии Одис­сея и Феник­са на ост­ров Ски­рос рас­ска­зы­ва­лось в «Малой Илиа­де». В «Одис­сее» (XI, 506 слл.) герой поэ­мы вспо­ми­на­ет в беседе с тенью Ахил­ле­са о том, как он сам при­вез Неопто­ле­ма на сво­ем кораб­ле в лагерь ахей­цев.

81[14] О при­бы­тии сына Теле­фа Эври­пи­ла сооб­ща­лось в «Малой Илиа­де». В «Одис­сее» (XI, 516 слл.) герой поэ­мы так­же рас­ска­зы­ва­ет Ахил­ле­су о том, как Неопто­лем сра­зил Эври­пи­ла.

82[15] Похи­ще­ние Одис­се­ем и Дио­медом Пал­ла­дия из Трои было одним из послед­них эпи­зо­дов «Малой Или­а­ды».

83[16] Песнь о дере­вян­ном коне суще­ст­во­ва­ла, по-види­мо­му, как про­из­веде­ние эпи­че­ской поэ­зии (или как часть боль­шо­го эпи­че­ско­го полот­на) еще до созда­ния «Одис­сеи». В этой поэ­ме сле­пой певец Демо­док испол­ня­ет ее на пир­ше­ст­ве у феа­ков, и из тек­ста «Одис­сеи» (VIII, 500—520) мы можем полу­чить пред­став­ле­ние о ее содер­жа­нии и даже ком­по­зи­ции.

84[17] Коле­ба­ния тро­ян­цев осо­бен­но подроб­но опи­сы­ва­ет Вер­ги­лий в «Эне­иде» (II, 39 слл.), изло­же­ние кото­ро­го, по-види­мо­му, вос­хо­дит к поэ­ме «Раз­ру­ше­ние Или­о­на» (как мож­но заклю­чить на осно­ва­нии экс­церп­та Прок­ла). См. так­же: Hom. Od. VIII, 505 sqq.

85[18] Здесь и в даль­ней­шем крат­ко изла­га­ет­ся содер­жа­ние поэ­мы «Раз­ру­ше­ние Или­о­на».

86[19] Синон, сын Эси­ма и внук Авто­ли­ка, был дру­гом и даже даль­ним род­ст­вен­ни­ком Одис­сея. Высту­пая в роли мни­мо­го пере­беж­чи­ка, он рас­ска­зал тро­ян­цам о себе выду­ман­ную исто­рию и сумел снис­кать к себе дове­рие.

87[20] Этот эпи­зод подроб­но опи­сы­ва­ет в «Одис­сее» (IV, 274 слл.) царь Мене­лай, при­ни­мая у себя во двор­це юно­го Теле­ма­ка и сопро­вож­даю­ще­го Теле­ма­ка Писи­стра­та, сына Несто­ра. По-види­мо­му, он поль­зо­вал­ся популяр­но­стью в про­из­веде­ни­ях эпи­че­ской поэ­зии на ста­дии, пред­ше­ст­ву­ю­щей созда­нию «Одис­сеи».

88[21] Сце­на убий­ства При­а­ма Неопто­ле­мом нари­со­ва­на Вер­ги­ли­ем в «Эне­иде» (II, 533 слл.). Бес­че­ло­веч­ность поступ­ка Неопто­ле­ма под­чер­ки­ва­ет­ся здесь еще и бла­го­да­ря тому, что он не толь­ко убил стар­ца у алта­ря боже­ства, но еще зако­лол до это­го на гла­зах При­а­ма его сына.

89[22] См. выше, Э III, 29, где рас­ска­зы­ва­ет­ся о том, как Анте­нор спас Одис­сея и Мене­лая.

90[23] Бла­го­че­стие явля­ет­ся глав­ной чер­той харак­те­ра Энея в поэ­ме Вер­ги­лия «Эне­ида».

91[24] О женить­бе Деи­фо­ба на Елене см. здесь же, Э V, 9.

92[25] Об Этре, мате­ри Тесея, см. выше, III, 15, 7; Э I, 23.

93[26] Эант, сын Оилея, обыч­но назы­ва­е­мый локрий­цем, был царем локров и, как сооб­ща­ет «Или­а­да» (II, 527 слл.), при­вел под Трою сорок кораб­лей. О свя­тотат­ст­ве Эан­та — изна­си­ло­ва­нии Кас­сан­дры у под­но­жия ста­туи Афи­ны — кик­ли­че­ские поэ­мы, по-види­мо­му, не зна­ют, если исхо­дить из экс­церп­та Прок­ла, кото­рый пишет: «Когда Эант, сын Оилея, силой хотел уве­сти с собой Кас­сан­дру, он пота­щил вме­сте с ней и изо­бра­же­ние Пал­ла­ды. Раз­гне­ван­ные этим ахей­цы хоте­ли побить Эан­та кам­ня­ми за совер­шен­ное им пре­ступ­ле­ние. Одна­ко Эант при­бег­нул к заступ­ни­че­ст­ву Афи­ны, при­льнув к ее алта­рю, и таким обра­зом спас свою жизнь». Похи­ще­ние Кас­сан­дры было изо­бра­же­но на лар­це Кип­се­ла, как сооб­ща­ет Пав­са­ний (V, 19, 1). Об этом упо­ми­на­ет и Эври­пид в пье­се «Тро­ян­ки» (69 слл.). Все это застав­ля­ет пред­по­ла­гать, что миф об изна­си­ло­ва­нии Кас­сан­дры рас­про­стра­нил­ся толь­ко в элли­ни­сти­че­скую эпо­ху. Соглас­но одно­му из вари­ан­тов мифо­ло­ги­че­ской тра­ди­ции, Афи­на сама уби­ла Эан­та (Verg. Aen. I, 43).

94[27] Все эти собы­тия так­же изла­га­лись в поэ­ме «Раз­ру­ше­ние Или­о­на».

95[28] О пре­вра­ще­нии Гекабы в соба­ку рас­ска­зы­ва­ет Овидий (Met. XIII, 567 sqq.):

…куса­ясь, она уж бежит за бро­шен­ным кам­нем,
Хрип­ло рыча и для слов изгото­вив уста, толь­ко лает,
Думая заго­во­рить…
…и дол­го о ста­рых несча­стьях
Пом­ня, тоск­ли­во она в Ситон­ских горах завы­ва­ла.

96[29] Рас­ска­зом об этих собы­ти­ях закан­чи­ва­лась поэ­ма «Раз­ру­ше­ние Или­о­на».

Гла­ва VI

97[1] С рас­ска­за об этом столк­но­ве­нии меж­ду Ага­мем­но­ном и Мене­ла­ем начи­на­лась, по-види­мо­му, поэ­ма «Воз­вра­ще­ния», как мож­но судить на осно­ва­нии экс­церп­та Прок­ла. См. так­же: Hom. Od. III, 130 sqq. Соглас­но рас­ска­зу «Одис­сеи», эту рас­прю зажгла сама боги­ня Афи­на.

98[2] Стра­бон (XIV, р. 642) в сход­ных чер­тах изла­га­ет миф о спо­ре меж­ду Кал­хан­том и Моп­сом, цити­руя при этом Софок­ла, соглас­но кото­ро­му эти собы­тия про­ис­хо­ди­ли в Кили­кии.

99[3] Раз­лич­ные вари­ан­ты тра­ди­ции по это­му пово­ду при­во­дит Стра­бон (XIV, р. 642).

100[4] См. здесь же, Э V, прим. 26. «Одис­сея» (IV, 499 слл.) подроб­но опи­сы­ва­ет, как Эант в безум­ст­ве про­из­нес свя­тотат­ст­вен­ные сло­ва о том, что он спа­сет­ся поми­мо воли богов, и тогда Посей­дон уда­рил сво­им тре­зуб­цем по Гирей­ской ска­ле, уце­пив­шись за кото­рую спас­ся Эант. Ска­ла раз­дво­и­лась, и та часть ее, на кото­рой висел Эант, погру­зи­лась в море.

101[5] О Нав­плии см. выше, II, 1, 5. О буре у Кафе­рей­ских скал упо­ми­на­ет экс­церпт Прок­ла в той части, где изла­га­ет­ся содер­жа­ние поэ­мы «Воз­вра­ще­ния».

102[6] См. выше, Э III, 8.

103[7] О тира­ни­че­ском харак­те­ре прав­ле­ния Лев­ка упо­ми­на­ет позд­няя мифо­ло­ги­че­ская тра­ди­ция (Lycophr. Alex. 1214; Tzetz. Chil. III, 291).

104[8] О Деида­мии, мате­ри Неопто­ле­ма, см. выше, III, 13, 8.

105[9] Гомер в «Илиа­де» (XXIV, 488) наме­ка­ет на то, что пре­ста­ре­лый Пелей под­верг­ся напа­де­нию со сто­ро­ны соседей в отсут­ст­вие сво­е­го сына Ахил­ле­са. Схо­лии к это­му месту назы­ва­ют Ака­ста и его сыно­вей Арханд­ра и Архи(…). Текст схо­лии здесь испор­чен, но на осно­ва­нии схо­лий к пье­се Эври­пида «Тро­ян­ки» (1128) мы зна­ем, что вто­ро­го сына Ака­ста зва­ли Архи­тел.

106[10] Фрэ­зер (II, 252—253) отме­ча­ет следу­ю­щее про­ти­во­ре­чие в изло­же­нии это­го мифа. Соглас­но Эври­пиду (Andr. 967 sqq.), Мене­лай отдал свою дочь Гер­ми­о­ну в жены сво­е­му пле­мян­ни­ку Оре­сту. Но позд­нее, во вре­мя Тро­ян­ской вой­ны, он пообе­щал отдать ее Неопто­ле­му, если штурм Трои будет успеш­ным. Здесь вызы­ва­ет сомне­ния факт, как мог Мене­лай обе­щать свою дочь Неопто­ле­му, когда она уже была заму­жем за Оре­стом. Из это­го про­ти­во­ре­чия древ­ние мифо­гра­фы нахо­ди­ли выход: Гер­ми­о­на была выда­на за Оре­ста ее дедом Тин­да­ре­ем в отсут­ст­вие ее отца Мене­лая, сра­жав­ше­го­ся под Тро­ей. Не зная о том, что его дочь уже заму­жем, Мене­лай и пообе­щал ее Неопто­ле­му.

107[11] Соглас­но Вер­ги­лию (Aen. III, 331 sqq.), Орест убил Неопто­ле­ма во Фтии, у алта­ря его отца Ахил­ле­са.

108[12] Соглас­но Эври­пиду (Andr. 53 sqq.), Неопто­лем был в Дель­фах два­жды. В пер­вый раз он хотел потре­бо­вать от бога Апол­ло­на искуп­ле­ния за смерть сво­е­го отца и даже пытал­ся раз­ру­шить храм Апол­ло­на; об этом упо­ми­на­ет и Пав­са­ний (X, 7, 1). Во вто­рой раз он хотел иску­пить свою дер­зость и при­был в Дель­фы, чтобы при­не­сти жерт­ву Апол­ло­ну. Махе­рея (это имя про­из­веде­но от сло­ва «нож», кото­рым поль­зо­ва­лись дель­фий­ские жре­цы, при­но­ся жерт­вы богам) упо­ми­на­ет древ­ний ком­мен­та­тор (Schol. Eurip. Orest. 1654), цити­ру­ю­щий Фере­кида: «Неопто­лем, после того как женил­ся на Гер­ми­оне, отпра­вил­ся в Дель­фы, чтобы узнать у ора­ку­ла, будет ли у него потом­ст­во, ибо Гер­ми­о­на не рож­да­ла ему детей. Видя, как дель­фий­ские жре­цы в свя­ти­ли­ще рас­тас­ки­ва­ют жерт­вен­ное мясо, он стал его отби­рать, но его само­го убил жрец Махе­рей и зако­пал под поро­гом хра­ма».

109[13] По сооб­ще­нию Пав­са­ния (VIII, 5, 2), Ага­пе­нор счи­тал­ся ойки­стом горо­да Пафо­са: соглас­но пред­а­нию, имен­но он постро­ил храм богине Афро­ди­те в ста­ром Пафо­се.

110[14] Подви­ги Эле­фе­но­ра под Тро­ей опи­сы­ва­ет «Или­а­да» (IV, 463 слл.).

111[15] Так назы­ва­ет­ся южная око­неч­ность полу­ост­ро­ва Пал­ле­ны в Македо­нии.

112[16] Соглас­но Стра­бо­ну (VI, р. 254), Фил­ок­тет осно­вал Кри­мис­су. При этом Стра­бон цити­ру­ет сочи­не­ние Апол­ло­до­ра «О кораб­лях», где изло­же­ние сход­но с тем, кото­рое мы нахо­дим здесь в Эпи­то­ме.

113[17] «Алай» зна­чит «бро­дя­щий».

114[18] Име­на про­из­веде­ны от гре­че­ских слов ναυς (корабль), αιφο (пылать), πρήφω (жечь).

115[19] Демо­фонт, брат Ака­ман­та и сын Тесея, при­был под Трою, чтобы спа­сти свою мать Этру из пле­на (см. здесь же, Э V, 22).

116[20] Соглас­но Пав­са­нию (III, 26, 10), этот карий­ский город носил назва­ние Сир­на.

117[21] Это­го Амфи­ло­ха ино­гда пута­ют с дру­гим, сыном Амфи­а­рая и Эри­фи­лы, и им обо­им при­пи­сы­ва­ют осно­ва­ние Амфи­ло­хий­ско­го Аргоса в Акар­на­нии (см. выше, III, 7, 7).

118[22] Поли­бий (XII, 5), рас­ска­зы­вая о про­ис­хож­де­нии локров, сооб­ща­ет об этом стран­ном обы­чае. Упо­мя­ну­тая здесь вой­на отно­сит­ся к 357—346 гг. до н. э.

119[23] Соглас­но «Одис­сее» (III, 193; IV, 529 слл.), Ага­мем­но­на убил Эгист. В устра­не­нии моти­ва муже­убий­ства, совер­ша­е­мо­го Кли­тем­не­строй, следу­ет видеть один из при­ме­ров смяг­че­ния чрез­мер­но гру­бых и оттал­ки­ваю­щих черт древ­них мифов в гоме­ров­ском эпо­се. Ср. выше, Э II, 13, прим. 10.

120[24] Миф об Оре­сте при­вле­кал осо­бое вни­ма­ние гре­че­ских тра­ги­ков бла­го­да­ря дра­ма­ти­че­ским воз­мож­но­стям, кото­рые в нем заклю­че­ны. Кро­ме зна­ме­ни­той «Оре­стеи» Эсхи­ла, на этот сюжет напи­са­ли тра­гедии Софокл («Элек­тра») и Эври­пид («Элек­тра», «Орест», «Ифи­ге­ния в Тавриде» и др.).

121[25] Этот миф поло­жил в осно­ву сво­ей тра­гедии «Ифи­ге­ния в Тавриде» Эври­пид.

122[26] Сход­ный рас­сказ содер­жит­ся в той части сочи­не­ния Геро­до­та (IV, 103), где гово­рит­ся об обы­ча­ях ски­фов.

123[27] Автор «Биб­лио­те­ки» осно­вы­ва­ет­ся в сво­ем изло­же­нии мифа на тра­гедии Эври­пида «Ифи­ге­ния в Тавриде».

124[28] Соглас­но Пав­са­нию (I, 23, 9), дере­вян­ная ста­туя Арте­ми­ды Таври­че­ской хра­ни­лась в Брав­роне.

125[29] Здесь мы следу­ем чте­нию Бюхе­ле­ра, при­ня­то­му так­же и Фрэ­зе­ром.

126[30] О ски­та­ни­ях Мене­лая подроб­но рас­ска­зы­ва­ет­ся в «Одис­сее» (III, 271 слл.).

127[31] См. выше, Э III, 5.

Гла­ва VII

128[1] Начи­ная с это­го места, автор «Биб­лио­те­ки» переда­ет миф об Одис­сее, в основ­ном следуя поэ­ме Гоме­ра, с той толь­ко раз­ни­цей, что ком­по­зи­ци­он­ные осо­бен­но­сти поэ­мы им никак не учи­ты­ва­ют­ся: он изла­га­ет стран­ст­вия героя с момен­та его отплы­тия из-под Трои и дово­дит свое изло­же­ние до гибе­ли Одис­сея (собы­тия послед­них лет жиз­ни Одис­сея послу­жи­ли сюже­том для дру­гой эпи­че­ской поэ­мы — «Теле­го­нии»).

129[2] Гомер в «Одис­сее» (X, 237 слл.) сооб­ща­ет, что Кир­ка пре­вра­ти­ла спут­ни­ков Одис­сея в сви­ней. Но вокруг дома Кир­ки бро­ди­ли львы и вол­ки, когда-то быв­шие людь­ми.

130[3] Гомер ниче­го не зна­ет о Теле­гоне, но о нем упо­ми­на­ет Геси­од в «Тео­го­нии» (1014). Соглас­но антич­ной тра­ди­ции, поэ­му о Теле­гоне «Теле­го­нию» сочи­нил поэт Эвгам­мон из Кире­ны.

131[4] Гомер зна­ет толь­ко двух Сирен. Он не назы­ва­ет их имен и не ука­зы­ва­ет, от кого они про­ис­хо­ди­ли (Od. XII, 1 sqq.).

132[5] О смер­ти Сирен Гомер не упо­ми­на­ет, но эту деталь мифа зна­ет, напри­мер, Гигин (Fab. 125).

133[6] См. выше, I, 9, 22.

134[7] В поэ­ме Гоме­ра «Одис­сея» не упо­ми­на­ет­ся о том, что Калип­со роди­ла сына от Одис­сея.

135[8] Гомер в «Одис­сее» (XVI, 245 слл.) сооб­ща­ет, что все­го было 108 жени­хов, сва­тав­ших­ся к Пене­ло­пе: 52 с ост­ро­ва Дули­хия, 24 с Самы, 20 с Закин­та и 12 с Ита­ки. Имен жени­хов Гомер не назы­ва­ет, но мно­гие из них упо­ми­на­ют­ся по ходу рас­ска­за. Ука­зан­ное же в Эпи­то­ме чис­ло жени­хов не сов­па­да­ет с переч­нем, здесь при­веден­ным.

136[9] Ср.: Hom. Od. XI, 119. Само путе­ше­ст­вие и жерт­во­при­но­ше­ние у Гоме­ра не рас­ска­за­ны.

137[10] Пав­са­ний (VIII, 12, 6) в свя­зи с Поли­пор­том упо­ми­на­ет об эпи­че­ской поэ­ме «Тес­про­ти­да».


138[11] Иная смерть была пред­ска­за­на Одис­сею Тире­си­ем (Od. XI, 134 sqq.):

…и смерть не застигнет тебя на туман­ном
Море; спо­кой­но и мед­лен­но к ней под­хо­дя, ты кон­чи­ну
Встре­тишь, укра­шен­ный ста­ро­стью свет­лой, сво­им и народ­ным
Сча­стьем бога­тый. И сбудет­ся все, пред­ре­чен­ное мною.
(Пер. В. А. Жуков­ско­го).

Комментарии



Поделиться: